Владимир Козаченко R7KFK - UU4JVK

Анна-Мария Она ненавидела эти мгновения, когда ее чистое ухоженное тело оказывалось погребено под рыхлой воняющей тушей. Его любимый Caron’s Poivre своим гвоздично-кардамоновым ароматом лишь подчеркивал запах старика. Нет, она не нюхала других стариков и не знала, как пахнет старик. Но ей казалось, что сбрось со всех этих разряженных фанфаронов из высшего общества, среди которых ей приходилось крутиться, их доспехи из произведений Креспа, Вассера, Морилласа и она учует этот же знакомый до спазма мерзкий сладковатый тошнотно-мягкий запах приближающейся смерти. Он возился, тыкался в неё, словно слепой щенок, ворочался. Она молча ждала и терпела, сдерживая рвотные позывы от исторгающегося из его пасти дикого купажа запаха Chateau Margaux девяностого года, трюфелей и запаха гнилья, который никуда не делся даже после замены всех зубов на белоснежную вечную керамику. Она даже улыбалась и что-то ему шептала – этому она научилась быстро. Все после пары несильных ударов. “Опять не сможет кончит