Галина Шаламова

— Не заробел бы жених, с такой-то богатой телом невестой, - соленые шутки - в традициях русской свадьбы. Невеста алела как маков цвет, а не отмолвишь — терпеть надо. Статная высокая девушка повела плечами властно, видно было, что сила в этих плечах немалая, да и норов у невесты не смирный. Но жених только усмехнулся: его Васенька порядок знает, муж в семье глава, да и он сам силой не обижен. Свадьбу играли под осень. Сычёвский уезд Смоленской губернии, хутор Горшков — место глухое, грибное, с торфяными болотами по низинам. Столы накрыли под старыми берёзами, прямо на траве, потому что в избе не развернуться — гостей набилось! Невеста с русыми косами, уложенными короной, сарафан на ней алый, по подолу — белая узорочная вязь, работа матери. Та, говорят, слыла в округе первой мастерицей, бралась за любой заказ, но для дочери шила сама, не спала ночей, выводила каждый стежок с молитвой. Жених сидел рядом, посматривал на молодую жену с тихой гордостью. Мужик он был крепкий, не из крикливых,

— Не заробел бы жених, с такой-то богатой телом невестой, - соленые шутки - в традициях русской свадьбы. Невеста алела как маков цвет, а не отмолвишь — терпеть надо. Статная высокая девушка повела плечами властно, видно было, что сила в этих плечах немалая, да и норов у невесты не смирный. Но жених только усмехнулся: его Васенька порядок знает, муж в семье глава, да и он сам силой не обижен. Свадьбу играли под осень. Сычёвский уезд Смоленской губернии, хутор Горшков — место глухое, грибное, с торфяными болотами по низинам. Столы накрыли под старыми берёзами, прямо на траве, потому что в избе не развернуться — гостей набилось! Невеста с русыми косами, уложенными короной, сарафан на ней алый, по подолу — белая узорочная вязь, работа матери. Та, говорят, слыла в округе первой мастерицей, бралась за любой заказ, но для дочери шила сама, не спала ночей, выводила каждый стежок с молитвой. Жених сидел рядом, посматривал на молодую жену с тихой гордостью. Мужик он был крепкий, не из крикливых,