татьяна токмаева (коновалова)

У России 2 пути. Промедление смерти подобно. У нас вообще-то война идёт. Каждый месяц, прожитый в старой парадигме, приближает нас к точке невозврата. Там, где сегодня апатия отраслей, завтра будет системный коллапс. А послезавтра - социальный взрыв. У власти ещё есть шанс этого избежать. Но окно возможностей стремительно закрывается. Впервые в России зафиксирован спад инвестиций в основной капитал. Об этом говорится в недавнем отчёте Росстата. Для многих предприятий кредиты стали недоступной роскошью, а собственной прибыли едва хватает на уплату налогов и зарплат работника. По мнению директора Череповецкого литейно-механического завода Владимира Боглаева, когда производство сверх возможностей обкладывается налогами, оно становится невыгодным. Кроме того, отечественный производитель значительно проигрывает на фоне поставщиков более дешёвого массового производства, нацеленного на экспансию нашего рынка. Санкции против русских внутри страны. Для спасения два года: Цифры, о которых не рас

Иран за полтора месяца улучшил своё стратегическое положение, получил контроль над Ормузским проливом и возродил политический авторитет. До сих пор не понятно, почему мы не можем повторить успех Тегерана? О главном тормозе нашей Победы "Новороссии" рассказал обозреватель "Царьграда", доктор политических наук Андрей Пинчук. – Не кажется вам, что сравнивать шестинедельную войну Ирана с СВО несколько некорректно? – Я не сравниваю масштабы и длительность, я сравниваю результат относительно стартовых условий. Иран был в международной изоляции, под санкциями, с устаревшим вооружением. Ему противостояла коалиция США и Израиля – двух ядерных держав. И он выиграл. Не в смысле "водрузил флаг над Белым домом", а в классическом понимании: его стратегическое положение стало лучше, чем до войны. Контроль над Ормузским проливом, размораживание санкций, возрождение авторитета – это факты. Почему Иран смог, а Россия воюет пятый год? И ответ, увы, лежит не в плоскости технологий или экономики – у нас по