Светлана Загорулько-Никитина

«И я поехала, потому что поняла: как актрисе мне здесь делать нечего, а больше я ничего не умею… Документы нам оформляли очень долго. Помню, на собеседовании в посольстве я даже рассказала историю моего отчисления из Школы-студии МХАТ за двойки по истории партии и научному коммунизму. Приписала себе немножко «диссидентства», хотя на самом деле получила «неуд» только из-за собственной безалаберности… В 1994 году мы в конце концов получили разрешение на выезд. Конечно, наш отъезд нельзя сравнить с эмиграцией 70-х годов. В то время страна находилась за «железным занавесом» и любой, кто покидал Родину, считался чуть ли не предателем. Но мы тоже уезжали навсегда — отказались от гражданства, сдали российские паспорта, продали жилье… Хотя если бы включила мозги, задала бы себе элементарный вопрос: раз у него всю жизнь ничего не получалось, почему в Америке должно было получиться? У Жоры нет ни профессии, ни образования. В Москве он работал администратором в Театре имени Маяковского, куда я же