Анна Колмыкова(Найдёнышева)

В XIII веке, когда гигантская империя, созданная Чингисханом, трещала по швам и разваливалась на куски, в самом ее сердце, в степях Средней Азии, родилась девочка, которой было наплевать на все правила. Ее звали Хутулун, и она была праправнучкой того самого «сотрясателя вселенной». Год ее рождения — примерно 1260-й — пришелся на разгар великой смуты. Монгольская аристократия, вместо того чтобы делить добычу, с головой ушла в междоусобные распри, где брат шел на брата в борьбе за власть. Отец Хутулун, Хайду, был внуком третьего сына Чингисхана, Угэдэя, того самого, чьи потомки по идее и должны были править всей империей. Но двоюродный брат Хайду, хитрый и амбициозный Хубилай, решил, что ему китайский трон и титул великого хана подходят больше. Он перенес столицу в Пекин, полюбил шелка, фарфор и прочие радости цивилизации, чем вызвал ярость степной аристократии. Хайду стал знаменем этой оппозиции. Он был хранителем старых традиций, человеком, для которого запах полыни и конского пота был

Последний раз её видели, когда она спускалась в канализационный люк, одной рукой прижимая к себе младенца. Когда крышка люка захлопнулась с громким стуком, Ина исчезла. И долгие годы никто не мог раскрыть загадку: куда же пропала одна из самых красивых актрис польского кинематографа? Ина Бенита Когда грянула революция, улицы заполнились толпами бесчинствующего народа и стало не найти куска хлеба, бывший дворянин и землевладелец Николай Флёров-Булгак, взяв жену Елену и пятилетнюю дочку Янину, решил бежать из распадавшейся на части страны. Вместе с семьей он обосновался в Польше, где вскоре нашел работу, да и прежние накопления, в свое время предусмотрительно сделанные в драгоценностях и золотых монетах, позволили потихоньку оправиться от прежних потерь. Несколько лет скитаний многое изменили для Николая Александровича. Прежде он высоко ценил положение и деньги, однако, как показала жизнь, все это может исчезнуть одним днем. И останется лишь сам человек - с его знаниями и опытом, котор

Появления Глафиры на свет никто не ждал. Она была девятнадцатым ребёнком в обедневшей дворянской семье. Отец умер ещё до её рождения, а мать же встретила новость о еще одной будущей дочери с холодным равнодушием. Ничего общего с нежеланным ребенком немолодая уже, уставшая от жизни и вечных бытовых проблем женщина иметь не хотела. Вскоре после родов она просто решила отдать младенца в монастырь, попытавшись таким нехитрым способом избавиться от лишнего рта и обузы. Впрочем, спустя год Глафиру вернули домой – монахини надеялись, что очаровательный, веселый, крепкий ребёнок, каким подрастала Глашка, сможет растопить ледяное сердце матери. Но не такая была Анна Васильевна Алымова: она была готова использовать любую возможность, лишь бы сплавить с глаз долой нелюбимую дочь. Так, в шесть лет она оказалась в только что открытом по инициативе императрицы Екатерины II Смольном институте благородных девиц – месте, где девочек из дворянских семей превращали в образцовых дам. И да, для неё это ста

Ноан, май 1876 года... Аврора сидела в своем любимом кресле у окна библиотеки и смотрела, как по парку бегают внуки Аврора, Габриэлла и маленький Марк. Их смех долетал сквозь открытое окно, смешиваясь с запахом цветущей сирени. Ей было семьдесят один год, и она вдруг поняла, что устала. Но не от жизни - от прожитого. Рука, державшая перо, больше не слушалась так, как прежде. Пальцы затекали, буквы расползались по бумаге, словно пьяные. Флобер в последнем письме упрекал ее: «Вы слишком много работаете, дорогая. Дайте себе отдохнуть». Но разве она умела отдыхать? Всю жизнь она бежала. От скуки провинциального замужества, от осуждающих взглядов, от самой себя... И вот теперь, когда бежать больше некуда, она сидела в Ноане и перебирала в памяти лица. Альфред. Фредерик. Казимир. Сколько их было, мужчин, которых она любила, спасала, терпела, оставляла... Аврора закрыла глаза, и перед ней, как в театральных декорациях, возникла Венеция. Январь 1834 года. Отель «Даниэли». Она и двадцатитрех