Алексей Варфоломеев

Его называли "Главным инженером страны", а глядя на его манеру держаться и выступать - самым человечным из руководителей СССР того периода. В 15 лет он добровольцем пошел в Красную Армию, а в 35 стал самым молодым тогда членом правительства СССР - Алексей Николаевич Косыгин Он был из семьи токаря минно-торпедного завода "Леснер", что находился в Санкт-Петербурге. В детстве рано потерял мать - Алексею было всего 4 года, когда ее не стало. Отец, квалифицированный токарь, зарабатывал относительно неплохо, жениться больше не стал, сам занялся воспитание детей, которых было трое - два сына и дочь. Алексей пошел учиться в коммерческое училище. Там, к слову, удивлял преподавателей - в уме перемножал пятизначные цифры и извлекал квадратные корни. Видя такие способности, отец хотел, чтобы Алексей пошел работать по банковской линии - сначала кассиром, а потом, глядишь - и до управляющего банком дорастет. После событий Октября 1917 года и отец, и сам Алексей приняли сторону большевиков. Как на

Мне сорок два года. Я в разводе уже пять лет. Детей нет, так уж вышло. Зато есть «полный социальный пакет» успешной женщины: должность начальника отдела логистики, своя двушка в центре, кредитная «Тойота» и абонемент в фитнес, куда я хожу раз в полгода. Личная жизнь? Она как бы есть, но её нет. Свидания в городе проходят по одному сценарию. Приходишь в кафе. Напротив сидит ровесник — 40–45 лет. И начинается: — Бывшая жена отобрала квартиру. — Начальник — дурак. — Почему в салате так мало креветок? — А давай счёт пополам? Я устала от этого нытья. От мужчин, которые ищут маму или жилетку. Звонок из другой жизни Наташка, моя институтская подруга, живёт иначе. Сразу после диплома уехала в деревню, вышла замуж за местного, родила двоих . Звонит раз в месяц: — Алина, ты там зачахнешь в своём бетоне. Приезжай. У нас воздух, речка, творог домашний . Я всегда отказывалась. Какой отдых? У меня отчёты. А тут накрыло. Выгорела. Взяла отпуск за свой счёт, кинула вещи в багажник и поехала. Деревенс

Погоня была уже близко. Удалые джигиты горячили коней: захватить в плен живого казака – почет для любого воина. Но вдруг в ближайших зарослях камыша казаки резко обернулись и присели, кому за что пришлось. Этот смелый и решительный поворот остановил преследовавших. Никому не охота попасть под меткие казачьи пули. Опасаясь засады, горцы разделились. Часть из них, выхватив шашки и низко пригнувшись к гривам коней, с гиканьем бросились в обход, другие же, подняв ружья, открыли беспорядочную стрельбу в ту сторону, где укрылись казаки. В ответ не раздалось ни одного выстрела. Ободренные этим молчанием, нападающие бросились вперед. Однако в том месте, где укрывались казаки, горцы нашли только шапки и башлыки, надетые на сломленный камыш. Казаки уже исчезли, как привидение, и горцы, поминая Аллаха, лишь бормотали часто употребляемое восклицание: «Шайтан гяур! Шайтан урус!» «Русские дьяволы» – именно так называли пластунов – составляли своего рода казачий спецназ, элиту войска. Эти пешие коман