Любовь Пышкина(Моженок)

В зале Никулинского районного суда Москвы 10 февраля 2026 года царила та самая тяжелая, звенящая тишина, которая обычно предшествует финалу долгих и запутанных разбирательств. На скамье подсудимых находился Игорь Михайлович Романов, человек, чья карьера была тесно связана с управлением капитального строительства одного из крупнейших учебных заведений страны — РАНХиГС. Еще недавно он распоряжался масштабными проектами и внушительными бюджетами, но в этот зимний день его судьба решилась окончательно: суд провозгласил обвинительный приговор, признав бывшего высокого человека виновным в получении двух крупных вознаграждений, которые закон трактует как взятки в особо крупном размере. Этот процесс длился не один месяц, привлекая внимание не только прессы, но и тех, кто следит за прозрачностью работы государственных структур. История Романова стала наглядным примером того, как высокая должность и доступ к распределению ресурсов могут стать серьезным испытанием для личных принципов. Судебное з

Вечером 28 февраля Сталин неожиданно созвал к себе ближайший круг — Хрущёва, Ворошилова, Булганина, Маленкова и Берию. В последние месяцы он почти не покидал Кунцевскую дачу, выбираясь разве что в небольшой кинозал неподалёку. Именно туда и направилась компания: посмотрели фильм, после чего переместились на Ближнюю дачу, где их ждал тихий, почти аскетичный ужин. Пили вино, но хозяин, как обычно, был осторожен — разбавлял его водой и почти не налегал. Настроение у Сталина было ровным, ничто не предвещало беды. Засиделись до самого утра, разошлись около пяти. Начальник охраны Хрусталёв лично проводил гостей и помог Сталину добраться до спальни. Утром произошло странное. В одиннадцать часов, когда вождь обычно уже звонил и отдавал распоряжения, в доме стояла тишина. Охрана и прислуга не решились тревожить хозяина — решили, что он просто отсыпается после ночного застолья. Прошёл день, наступил вечер, но Сталин так и не появился. Даже когда около семи вечера в одной из комнат загорелся свет