Дима Фельдман

— Вась, ты чего там копаешься? — голос жены Кати донёсся из коридора. — Уже час сидишь в этом подвале! Василий вздрогнул и поднял голову от старого комода. Пыль танцевала в узком луче света из маленького окошка. Руки были грязные, спина затекла от неудобной позы, а в голове крутилась одна мысль: где же хранил отец важные бумаги? — Ещё минутку! — крикнул он в ответ и потянул на себя нижний ящик. Тот поддался с характерным скрипом. Внутри лежали старые фотографии, выцветшие квитанции и... связка странных ключей. Три штуки, разного размера, перевязанные выгоревшей красной лентой. К ним была прикреплена небольшая карточка с выцветшими чернилами. Василий поднёс карточку ближе к свету: «Не открывать до 30 лет. Папа». — Что за детский сад? — сказал, разглядывая ключи. Отец умер две недели назад. Тихо, во сне, от сердца. Василию было двадцать девять лет и одиннадцать месяцев. Почти тридцать. Но почему именно тридцать? И что эти ключи открывают? — Вася! — Катя спустилась по скрипучим ступенькам