Предыдущая публикация
Левая колонка
Последний визит: вчера 21:08
Фильтр
@собаки.Самое тяжёлое — знать: для тебя он был спасением, но ты для него — всё. Вся жизнь. Всё небо. Вся надежда. И ты не готов. Не готов отпускать. Не готов смотреть, как угасает тот, кто учил тебя жить.
А потом — тишина. Глухая. Пустое место на подушке. Миска, которую никто не вылижет. И сердце твоё — как подранок. И снова улица. Только без него.
И ты ловишь себя на том, что говоришь в пустоту: "Идём, мой хороший".
Но если бы можно было вернуть время — я бы выбрал его снова. Всю боль. Всю усталость. Всю любовь. Она — настоящая.
Взять в свою жизнь собаку — это впустить в себя огонь. Который будет греть тебя всегда. Даже после того, как погаснет...
У собаки одна цель в жизни: подарить свое с
А потом — тишина. Глухая. Пустое место на подушке. Миска, которую никто не вылижет. И сердце твоё — как подранок. И снова улица. Только без него.
И ты ловишь себя на том, что говоришь в пустоту: "Идём, мой хороший".
Но если бы можно было вернуть время — я бы выбрал его снова. Всю боль. Всю усталость. Всю любовь. Она — настоящая.
Взять в свою жизнь собаку — это впустить в себя огонь. Который будет греть тебя всегда. Даже после того, как погаснет...
У собаки одна цель в жизни: подарить свое с
03:17
...Самое тяжёлое в жизни с собакой — не в том, что ты думаешь.
Не в том, что ты идёшь с ней на улицу в дождь, в ледяную темень, когда не спал, когда болит, когда душа не на месте.
Не в том, что отказываешься от поездок, от приглашений “приходи к нам без него”.
Не в шерсти на всём — на простынях, на губах, в еде. Не в том, что снова моешь пол, зная: через полчаса опять будет грязно.
Не в счетах от ветов, не в боязни пропустить что-то важное.
Не в том, что у тебя нет свободы — потому что свобода теперь «мы».
И не в том, что сердце твоё принадлежит не тебе...
Это всё — любовь. Это всё — жизнь. Это всё — я выбрал.
Самое тяжёлое приходит медленно, как боль в старых переломах. Как уличный холод —
Не в том, что ты идёшь с ней на улицу в дождь, в ледяную темень, когда не спал, когда болит, когда душа не на месте.
Не в том, что отказываешься от поездок, от приглашений “приходи к нам без него”.
Не в шерсти на всём — на простынях, на губах, в еде. Не в том, что снова моешь пол, зная: через полчаса опять будет грязно.
Не в счетах от ветов, не в боязни пропустить что-то важное.
Не в том, что у тебя нет свободы — потому что свобода теперь «мы».
И не в том, что сердце твоё принадлежит не тебе...
Это всё — любовь. Это всё — жизнь. Это всё — я выбрал.
Самое тяжёлое приходит медленно, как боль в старых переломах. Как уличный холод —
Ему сегодня позвонила мама.
"Сынок, не знаю даже как сказать!"
"Мам, говори как есть: быстрей и прямо.
В любой момент связь может оборвать.
Тайга вокруг..ждём помощи..поломка.
Нас снегом занесло..и вертолёт."
"Беда, сынок! Беда с твоим ребёнком!
Молюсь что силы, чтобы Бог помог!"
Он побледнел: "Что с дочкой? Что случилось?
В тринадцать..что могло произойти?"
"Не прижилась в той школе..не сложилось.
Врачи сейчас пытаются спасти!
Сейчас же модно бить...и бить жестоко.
Не захотела видно прогибаться.
Изгоем стала в школе, одинока.
И сверстницы решили посмеяться!
Их шестеро, что били не щадя!
А мальчики на телефон снимали.
Я до сих пор не верю! Так нельзя!
И сами это в сеть пов
"Сынок, не знаю даже как сказать!"
"Мам, говори как есть: быстрей и прямо.
В любой момент связь может оборвать.
Тайга вокруг..ждём помощи..поломка.
Нас снегом занесло..и вертолёт."
"Беда, сынок! Беда с твоим ребёнком!
Молюсь что силы, чтобы Бог помог!"
Он побледнел: "Что с дочкой? Что случилось?
В тринадцать..что могло произойти?"
"Не прижилась в той школе..не сложилось.
Врачи сейчас пытаются спасти!
Сейчас же модно бить...и бить жестоко.
Не захотела видно прогибаться.
Изгоем стала в школе, одинока.
И сверстницы решили посмеяться!
Их шестеро, что били не щадя!
А мальчики на телефон снимали.
Я до сих пор не верю! Так нельзя!
И сами это в сеть пов
«На его ошейнике нашли слова, от которых невозможно сдержать слёз.»
История о собаке, которую никто не хотел, пока один человек не заметил надпись на её жетоне.
День за днём семьи проходили мимо его клетки. Щенков разбирали моментально, молодых и шумных собак тоже. А он сидел в углу, тихий, слишком взрослый, слишком серьёзный. Всегда находились отговорки.
Чёрная шерсть, уже пробитая сединой. Большие, мягкие, но усталые глаза. Он не прыгал, не лаял, не привлекал внимание. Только ждал. Каждый день — ждал.
В приюте для животных на окраине Москвы его называли Черныш. Он жил там уже несколько месяцев. Сотрудники любили его, но каждый раз, когда приходили новые семьи, они только разводили руками:
История о собаке, которую никто не хотел, пока один человек не заметил надпись на её жетоне.
День за днём семьи проходили мимо его клетки. Щенков разбирали моментально, молодых и шумных собак тоже. А он сидел в углу, тихий, слишком взрослый, слишком серьёзный. Всегда находились отговорки.
Чёрная шерсть, уже пробитая сединой. Большие, мягкие, но усталые глаза. Он не прыгал, не лаял, не привлекал внимание. Только ждал. Каждый день — ждал.
В приюте для животных на окраине Москвы его называли Черныш. Он жил там уже несколько месяцев. Сотрудники любили его, но каждый раз, когда приходили новые семьи, они только разводили руками:
На этом пока всё
Войдите в ОК, чтобы посмотреть всю ленту