nikolay garankin

Сколько копий сломано на форумах, сколько клавиатур стерто в пыль в спорах: ПТРД-41 против «Тигра». Могла ли наша знаменитая «дудка» Дегтярева реально остановить немецкого тяжеловеса, или же это всё байки политруков для поднятия боевого духа? Усаживайтесь поудобнее, сейчас будем разбирать этот вопрос по винтикам, без лишней лирики, но с уважением к предкам. Инструмент: «Длинная рука» пехоты Прежде чем бросать нашего бойца под гусеницы, давайте взглянем на его аргумент в этом споре. Противотанковое однозарядное ружье системы Дегтярева образца 1941 года. ПТРД. Вещь, доложу я вам, монументальная. Длина — два метра без малого (2000 мм). Вес — 17,3 килограмма. Таскать эту «оглоблю» по траншеям — удовольствие ниже среднего, спина спасибо не скажет. Но любили её не за эргономику, а за простоту. Ломаться там практически нечему: ствол, затвор, спусковой механизм да сошки. Но главное тут — патрон. 14,5х114 мм. Это вам не мелкашка. Это, по сути, малокалиберный снаряд. Энергия у него чудовищная.

В семидесятом году прошлого века на карте обратной стороны Луны появился новый объект - кратер, названный в честь Лангемака. К тому моменту Георгия Эриховича не было в живых уже тридцать два года. Его труды когда-то изымали из публичного доступа, а фамилию старательно вычеркивали из всех реестров, хотя созданные им реактивные снаряды прошли славный путь от Орши до Берлина. Солдаты дали им нежное имя «Катюша», но в официальной хронике места для автора этого изобретения долго не находилось. Изображение для обложки Филолог-японист Его отец, Эрих Лангемак, был выпускником университета в Берлине, но сознательно выбрал Россию, приняв подданство вместе со своей женой-швейцаркой. Он преподавал немецкий в Старобельской гимназии, заслужил орден Станислава и чин статского советника, скончавшись в 1905-м году. Младший сын Георгий уже в юности свободно владея тремя языками. Окончив гимназию с отличием, он грезил востоковедением и изучением японской словесности. В 1916-м году он поступил в Петрог

Лето 1942-го. Сталинградское направление. В кабинах немецких Bf-109 царила самоуверенность, граничащая с наглостью. «Не бойся Як-1» — это правило стало для асов Люфтваффе чем-то вроде мантры. На брифингах офицеры рисовали простые схемы: «Мессершмитт» быстрее, выше, мощнее. А значит, советский истребитель — лёгкая добыча. Деревянные лонжероны, допотопный прицел, один пулемёт и 20-миллиметровая пушка против немецкой стали. По таблицам всё было ясно. Но таблицы не учитывали одного — человека за штурвалом. Пилот без громких позывных multiurok.ru Сергею Луганскому было 26 лет. Командир звена, 270-й истребительный авиаполк. Из тех, о ком не снимают фильмы: без пафосных речей, без героических монологов. Работяга неба. Его машина — Як-1 ранней серии, даже без радиостанции. По всем немецким расчётам этот самолёт должен был проигрывать. И проигрывал — но только на бумаге. Луганский знал то, чего не знали немцы: на малых высотах, где воздух плотный и крыло цепляется за каждый метр, Як-1 превра