Вера Таран (Павлова)

Мария Мироновна с самого утра была сама не своя. Хлопотала по дому, но всё не в ту сторону дела её шли: то ухват в сени понесет, а зачем - забыла, то квашню на лавку поставит, хотя на стол бы надо, то зачем-то миску со сметаной не на стол поставила, а на пол, и кот её, Васька, тут же мордочку свою туда сунул. А с самого раннего утра она гору блинов напекла. Внук её, Саня, мальчонка десяти лет от роду, наблюдал за этим с печки, свесив вихрастую голову. - Бабуль, ты чего, как заведённая? - спросил он, наблюдая, как бабушка пытается помешать угли в печи чугунком. - Как будто именины у кого-то, а ты стол накрыть забыла. - Какие тебе именины! - всплеснула руками Мария Мироновна, ставя чугунок на место. - Воскресенье сегодня Прощёное. Последний день перед Великим постом, последний день Масленицы. Надо зиму блинами проводить, надо прощения у всего мира попросить, чтобы душу облегчить. Санька почесал пятку. Душа у него, кажется, и так лёгкая, ничего там лишнего не накопилось. Кроме, разве что