Михаил Бута

На фоне бурного, изобиловавшего событиями, правления князя Олега Вещего правление Игоря Старого является просто образцом мира и благополучия, ни один внешний враг не смел напасть на Древнерусское государство, русичи сами активно воевали на стороне Византии в Италии и Хазарии, причём последняя война стала причиной для очередного похода русичей на Царьград, причём этот поход в отличие от предыдущих ознаменовался полноценными боевыми действиями. Прологом к походу князя Игоря на Византию стала война русичей с хазарами, начавшаяся в 917 году, в ходе которой он при активной поддержке со стороны Византии выбил хазар с Таманского полуострова и разорил Черноморское побережье Кавказа, но потом хазары собрались с силами, выбили русичей с Таманского полуострова и перед угрозой потери Крыма византийцы разорвали все союзные отношения с русичами, князю Игорю стоило больших усилий предотвратить нашествие хазар и печенегов на русские земли. Справившись с кочевниками, князь Игорь решил наказать Византию

24 июня 1945 года на Красной площади шёл дождь. Жуков принимал парад верхом на белом коне, Рокоссовский командовал им — на вороном. Кадры хроники обошли весь мир, и большинство людей с тех пор запомнили именно эту пару: принимающий и командующий. Но вопрос о том, почему Парад Победы выпало командовать именно Рокоссовскому, а не кому-то другому — ни Коневу, ни Малиновскому, ни Василевскому — почти никогда не задаётся вслух. А ответ на него вскрывает кое-что важное и в логике Сталина, и в природе самого Рокоссовского как исторической фигуры. Но обо всём по порядку. Биография Рокоссовского начинается с детали, которую легко пропустить. Он не имел систематического военного образования — ни в объёме военного училища, ни тем более академии. Два краткосрочных курса усовершенствования: один в 1925-м, второй в 1929-м. Примерно в той же ситуации находился Жуков. Оба выдвинулись из унтер-офицеров Первой мировой и комэскадронов Гражданской. В профессиональном военном мире, где академическое образо

Всем известно, что римские легионы победили сначала тех, кого было можно, а потом всех остальных. То есть вообще всех. Они передвигали границы римского мира к окраинам Ойкумены, растоптав по пути множество государств, народов и военных традиций. И одной из первых на их пути оказалась эллинистическая фаланга. Детище Александра Великого и его наследников. Именно её раз за разом громил римский легион в процессе покорения Великим Римом разрозненных греческих городов-государств, Эпирского и Македонского царства. С ней же он сталкивался в эллинизированной Азии, в тех землях, что вскоре станут восточной частью Римской Империи. И складывается такое ощущение, что всегда гоплит проигрывал легионеру на поле боя. Вот только это не совсем так. Вернее, совсем не так. Борьба двух этих военных традиций, развернувшаяся в землях, что окружали Средиземное море, длилась несколько веков. И хотя закончилась в конце концов победой римского легиона, победа эта была не в полной мере следствием боевого мастерс

К X веку Византийская империя достигла невиданного уровня военной мощи. Ее армии, сражавшиеся на двух фронтах — Востоке и Западе, — несмотря на отдельные поражения, неизменно выходили победителями в многочисленных конфликтах. Византийская армия была не только многочисленной, но и высокоорганизованной, получала достойное жалованье и превосходила своих противников в стратегическом и тактическом искусстве. Особенно выделялись элитные подразделения, прямые наследники римских легионов, которые становились оплотом империи против плохо вооружённых кочевников, арабов и варварских племен. Золотой век военных успехов империи связан с выдающимися полководцами: Никифором Фокой, Василием II Болгаробойцей и Иоанном Цимисхием. На Востоке византийцы добились впечатляющих завоеваний. С 942 года под контроль империи попала Мальта, затем Нубия согласилась платить дань, а к середине X века византийские войска овладели городом Ибрим. Никифор Фока захватил Алеппо, Хаму и Химс, где добыли христианскую святын