Хочу, чтобы в старости была подруга, которой я позвонила и закричала: — Слышь, раритет, куда и когда пойдём пенсию тратить?! А она ответила: — Я за любой кипиш, кроме кладбища и валидола...
В моей жизни наступил такой период, когда я могу спокойно смеяться над обвинениями в мой адрес. Пусть говорят, что угодно. Я не знаю ту девушку, о которой они говорят.