Алексей Блохнин

В конце 1960-х на улицах советских городов и сёл появился новый, необычный для того времени транспорт. Лёгкий, юркий и не требующий прав — мопед «Рига-4». Для многих подростков и взрослых он стал первым шагом в мир мототехники, символом свободы и предметом настоящей гордости. «Рига-4» была не совсем новой — это глубокая модернизация популярной «Риги-3». Инженеры Рижского мотозавода «Саркана Звайгзне» («Красная Звезда») постарались учесть все слабые места предшественника. Осенью 1968 года собрали первую пробную партию, а уже с 1969 года мопед пошёл в крупную серию. Главной задачей было сделать технику надёжнее. И это удалось. Внешне «Рига-4» напоминала старшую сестру, но внутри было много важных изменений: · Сердце мопеда: Вместо старого двигателя поставили новый — Ш-52. Его объём почти 50 «кубиков», а мощность — 2 лошадиные силы. Он стал живее и выносливее. · Искра без проблем: Частая беда ранних «Риг» — отказы катушки зажигания. На «четвёрку» добавили высоковольтный трансформато

В России много рек. Но вот какая из них — самая широкая? Вопрос, казалось бы, простой. Однако всё далеко не так однозначно. География и наука сходятся здесь в одной точке: измерить ширину реки — задача непростая. Особенно в стране, где водные системы нередко превышают по масштабам целые европейские государства. Так, еще в советские годы географы договорились: считать нужно не русло, а пойму — ту часть долины, которую затапливает каждый год в половодье. А вот что интересно: ширина реки в научной географии — это не расстояние между двумя берегами в обычный день. Это — максимальная ширина сезонного разлива. Именно поэтому, к примеру, не учитываются водохранилища, созданные человеком (как на Волге или Дону), эстуарии (например, Обская губа) или обширные дельты вроде ленской. Такие участки искажают картину. Ширину поймы измеряют по спутниковым данным, а иногда — с помощью наземных профилей и топографических съемок. Это сложная и на самом деле весьма точная работа: нужны долгосрочные наблюде

В кабине грузовика имя из техпаспорта забывалось сразу за воротами автобазы. Настоящее имя машине давал водитель, и в этом коротком слове была зашифрована вся правда о характере железа. Никакая заводская табличка не расскажет о выбитых пальцах или о том, как мотор «поет» в морозную ночь. Первые ЗИС-5 мы ласково звали «Захар Иванычами», и в этом было столько же уважения, сколько в обращении к старому учителю. Потом это имя по наследству перешло к сто сорок четвертым и сто шестидесятым, пока на смену не пришли другие легенды. ЗиЛ-157 за его суровую морду и походку вездехода прозвали «Колуном» или «Ступой». А заграничное прозвище «Трумэн» приклеилось к нему за невероятную проходимость, хотя руль без усилителя выбивал пальцы новичкам на первой же кочке. Любой грузовик из Горького автоматически становился «Газиком», и это звание носилось с гордостью десятилетиями. Но ГАЗ-66 стоял особняком — его все знали как «Шишигу» или просто «Шишку». Машина лезла в любую грязь, но водитель в кабине м