Иван Клепиков

Принято считать, что история Сибири началась с похода Ермака. Это не так. К моменту появления первых русских отрядов за Уралом существовала своя, многовековая и бурная история. Здесь зарождались, воевали и рушились могучие кочевые державы, которые диктовали волю соседям, включая Китай. Первые сведения о сибирских племенах пришли из древнекитайских хроник. Ещё до нашей эры летописцы упоминали грозные племенные союзы: сюнну (хунну), сяньби, динлинов. Сильнейшими были хунну — те самые гунны, чьё нашествие потрясёт позднее Римскую империю. Их держава, возникшая в степях Южной Сибири и Монголии, в I веке до н.э. стала главной угрозой для Китая. Интересно, что китайские императоры, следуя римской тактике, стали нанимать одни «варварские» племена для защиты от других. Это привело к тем же последствиям: вожди хуннов в IV-V веках н.э. захватили север Китая и основали там собственные царства. Центром этих событий были степи Минусинской котловины, Алтая и Забайкалья — древний политический котёл А

В европейских трактатах и хрониках XVI–XVII веков о таинственной Московии ходило множество легенд. Среди снегов и лесов, по мнению западных авторов, русские поклонялись не христианскому Богу, а загадочному золотому идолу — Золотой Бабе. Этот образ, рождённый на стыке реальности, слухов и страхов, на столетия стал символом «другой», языческой и непонятной России. Образ могущественной женской божественности — Великой Матери — является архетипическим для многих языческих культур. Христианский Запад, с его акцентом на образе Бога-Отца, видел в таком культе вызов. Золотая Баба стала для европейских клириков и путешественников идеальным воплощением этого «еретического» начала — одновременно враждебного и магнетически притягательного. Первое письменное упоминание о ней появилось в 1517 году в «Трактате о двух Сарматиях» польского учёного Матвея Меховского, никогда не бывавшего в России. Он утверждал, что за Вяткой находится идол Zlota baba, которому поклоняются окрестные народы. Источником э

285 лет назад умерла женщина, которую история оклеветала. Императрица Анна Иоанновна — одна из самых загадочных и несправедливо забытых фигур династии Романовых. Её имя сегодня вызывает смутные ассоциации с «бироновщиной» и «Ледяным домом», но за этими штампами скрывается судьба сильнейшей правительницы XVIII века — самой русской из всех Романовых. Современные философы любят сравнивать наше время с «антиперестройкой»: мол, всё привычное рушится, пересматриваются ценности, и даже история звучит иначе. Но если уж переписывать историю, то стоит начать не с XX века, а хотя бы с эпохи Анны — той самой женщины, которую заставили править вопреки её воле и потом сделали символом тирании. Анна была не чужой для России. Её отец — царь Иван Алексеевич, родной брат Петра Великого, человек русской крови и старых традиций. Будущая императрица выросла в измайловских теремах, в кокошнике и сарафане, под покровом домостроя. Ни немецких гувернёров, ни иностранных замашек — сплошь русская, домашняя, благ