Ислям Смаилов

Игнат Савельевич жил на кордоне, там, где Большая Река делала крутой поворот, образуя глубокий, почти черный омут, который местные называли «Ведьминым котлом». Ему было семьдесят два года, и он напоминал старую корягу, выброшенную на берег: такой же узловатый, крепкий, просоленный ветрами и высушенный солнцем. Его дом, небольшой сруб, потемневший от времени, стоял на высоком яру. Внутри пахло сушеными травами, дымком от печки и — едва уловимо — речной тиной. Этот запах въелся в стены, в одежду, в саму кожу Игната. Он жил здесь один уже десять лет, с тех пор как похоронил жену, Марьюшку. Дети разъехались по большим городам, писали редко, приезжали еще реже, ссылаясь на занятость и плохие дороги. Игнат не обижался. Он знал: у каждого своя река и свое течение. Жизнь Игната была размеренной, как движение воды. Утром — проверка сетей (он брал ровно столько, сколько нужно было для еды), днем — работа по хозяйству, вечером — созерцание заката, когда солнце тонуло в заречных ивах, окрашивая