Любовь Карташёва (Карлова)

– А пыль на плинтусах ты, видимо, принципиально не вытираешь? Или считаешь, что раз за шкафом не видно, то и так сойдет? Голос Зинаиды Петровны, вкрадчивый, с легкой хрипотцой и неизменными поучительными интонациями, настиг Наталью в коридоре. Наталья замерла, так и не успев надеть второй плащ. Она медленно выдохнула, мысленно сосчитала до трех и только потом обернулась. Свекровь стояла в дверях гостиной. На ней был ее любимый бордовый халат, волосы аккуратно накручены на бигуди, а в руках она брезгливо держала влажную салфетку, на которой, при всем желании, невозможно было разглядеть ни пылинки. – Доброе утро, Зинаида Петровна, – ровным тоном ответила Наталья, застегивая пуговицы. – Я делала влажную уборку в субботу. Если вам кажется, что где-то грязно, вы можете не обращать на это внимания. Вы у нас в гостях. Отдыхайте. – В гостях! – театрально всплеснула руками свекровь. – Скажешь тоже! Я к родному сыну приехала. А тут, посмотри-ка, ни уюта, ни чистоты. Как Сереженька в таких услови