Ирина Родионова

Можно ли вместить в себя трагедию Хатыни и сотен других деревень, разделивших ее судьбу? Можно ли вместить в себя всё это горе и по-прежнему жить, радоваться, мечтать? Каждые 30 секунд колокола издают скорбный звон: помните, помните, помните… В центре мемориального комплекса «Хатынь» — статуя. Единственный выживший человек, кузнец, держит на руках своего только что умершего сына. Трое других детей вместе с женой заживо сгорели… Конечно, я была здесь раньше, и не один раз. Но многое с тех пор изменилось. На территории восстановлен храм и открылся музей. Трудно передать впечатления от увиденного словами, поэтому, если вы тут еще не были, посетите это место скорби и силы. Здесь такая говорящая тишина, а колокольный звон просто пронизывает насквозь… Хатынь была обычной мирной белорусской деревней в Логойском районе. До рокового дня здесь насчитывалось 26 дворов. В начале 1940-х там жило до двухсот человек. Первое, что можно увидеть, подходя к мемориальному комплексу — черную памятную доск