Николай Хлебак

Ты затушил последнюю сигарету. Или выбросил пачку. Или просто не закурил после кофе — впервые за десять лет. Сердце колотится. Руки немного дрожат. В голове шум: «А вдруг не получится?» Но ты сделал это. И с этого момента твоё тело запускает программу восстановления, которую курильщик даже не представляет. Никто не говорит правду о том, как это происходит на самом деле. Не «через месяц всё пройдёт» и не «сразу почувствуешь себя лучше». Реальность сложнее — и интереснее. Первые дни могут быть адом. Но уже через час после последней затяжки в организме запускаются процессы, о которых ты не догадываешься. Клетки начинают дышать. Кровь — чиститься. Лёгкие — вспоминать, как работать. Давайте пройдём этот путь вместе. Не красивыми лозунгами, а по-честному: что именно происходит с тобой через 20 минут, через ночь без сигареты, через неделю, месяц и год. Чтобы, когда накроет тяга — ты знал: это не слабость. Это тело учится жить заново. Ты только что выкурил последнюю сигарету. Никотин ещё греет

Отрезок времени с 1982 года и до прихода к власти Горбачева в народе окрестили гонкой на лафетах. Сначала умер Леонид Брежнев, в феврале 1984-го неожиданно скончался 69-летний Юрий Андропов. Пришедший ему на смену Константин Черненко так натужно дышал, и так медленно передвигался, что это невозможно было скрыть никакой искусной телесъемкой. Народ гадал, сколько протянет третий генеральный секретарь, но никто не ожидал, что он отойдет в мир иной уже в декабре 1984-го. Именно о смерти Черненко и подумал советский народ, когда 20 декабря внезапно отменили все развлекательные телепередачи, поставив в эфир «черного лебедя» всенародного траура — балет «Лебединое озеро». Но судьба отмерила безнадежно больному Черненко еще три месяца, а траур был совсем по другому кремлевскому старцу — маршалу Дмитрию Устинову, бессменному министру обороны СССР. Впрочем, старцем его назвать можно было с натяжкой. Хоть Дмитрий Федорович и отпраздновал накануне свое 76-летие, выглядел он на удивление бодро и акт