Евгений Гольцов

Зал был пустым буквально, на сольном концерте титулованной Ларисы Долиной, светились лишь редкие островки зрителей. Менее половины партера, гулкий звук, скучающие лица билетёров. Артистка выкладывалась на сцене, но энергия уходила в никуда - в эту давящую пустоту. Это был не просто неудачный вечер, а полнейший крах - финансовый и, что страшнее, репутационный. Финал грандиозного спектакля, в котором публика отказалась играть роль простаков. Вся страна несколько месяцев наблюдала, как звезда первой величины, народная артистка, со слезами на глазах рассказывает, как её «выгоняют на улицу». Соцсети полыхали, коллеги, во главе с рыцарем на белом коне Филиппом Киркоровым, предлагали крышу над головой и моральную поддержку. Картина вырисовывалась кристально ясная: система против одинокого таланта, бездушные чиновники против ранимой артистки. Все рыдали, негодовали и требовали справедливости. Но в этот выверенный сценарий ворвался человек, для которого игры в слезливую мелодраму - дурной тон.