Вера Ражева (Колоскова)

Февраль. Катя возвращалась с дежурства. Смена выдалась тяжелой — тройное ДТП, море крови, крики. Она валилась с ног от усталости. Мечтала только об одном — упасть и уснуть. Дверь комнаты 412 оказалась заперта. Катя вставила ключ. Не поворачивается, словно что-то мешает изнутри. Она постучала. — Откройте! Я знаю, что вы там! Тишина, потом сдавленный смех. — Света! Лена! Откройте, я устала! — Ключ сломался, — ехидный голос Светы донесся из-за двери. — Жди мастера до завтра. — На улице минус двадцать! В коридоре дубак! — Ну ты же закаленная. Посиди, подумай над своим поведением. Макбук мне никто не оплатил. Катя медленно опустилась на пол. Сил ругаться не осталось. Ноги гудели, спина ныла. Она обняла колени, уткнулась в них лицом. Сидеть здесь до утра? Или идти на вокзал? В конце коридора открылась дверь лифта (он иногда работал по праздникам). Вышли двое парней. Один — высокий, в очках, с папкой под мышкой. Второй — пониже, с гитарой. — Андрюха, давай к нам, посидим еще! — Не, пацаны, мн