Леонид Клименок

Есть машины, которые просто летают. А есть те, что становятся частью истории, частью коллективной памяти целого поколения. Ми-24 относится ко второй категории. Афганистан сделал из него нечто большее, чем боевой вертолёт. Он превратил его в символ: для одних устрашающий, для других родной до последней заклёпки. Моджахеды называли его «шайтан-арба» — дьявольская повозка. Советские лётчики, с куда большей теплотой, звали «Крокодилом». Обе клички прижились не случайно. Конец 1960-х. Советское военное командование переосмысляет концепцию вертолёта на поле боя. Американский опыт во Вьетнаме показал: вертолёт огневой поддержки способен кардинально изменить ход наземных операций. Но советские конструкторы пошли дальше. Михаил Миль и его КБ предложили принципиально иную идею: создать машину, которая одновременно является и штурмовиком, и транспортником. Вертолёт, способный прорваться сквозь огонь, высадить десант прямо в горячей точке и немедленно поддержать его огнём с воздуха. Концепция, по

Евгений Хацкельсон Прославленный советский летчик-испытатель Валерий Чкалов однажды сказал короткую фразу. Она состояла всего из пяти слов.  Но эти знаменитые слова стали жизненным девизом многих людей, которые поставили своей целью и достигли недосягаемых для других вершин в той области, которую они выбрали делом своей жизни. Эта фраза звучала очень просто: «Если быть, то быть лучшим».      C самого момента своего создания в декабре 1939 года Опытно-конструкторское бюро А.И. Микояна  всегда ставило своей целью создание лучших в своем классе боевых самолетов. Так случилось в 1940 году, когда Красная Армия получила  высотный скоростной истребитель МиГ-3, принявший вместе с «ишаками», ЛаГГами и Яками первый удар сильного и опытного противника. Так произошло и в 1947 году, когда на вооружение ВВС был принят советский серийный реактивный истребитель первого поколения МиГ-15, прославленный на весь мир «самолет-солдат», заставивший ВВС Соединенных Штатов во время войны в Корее сильно заува