Светлана Катичева (Виноградова)

Мне не подобрать слов, чтобы описать то, что сейчас внутри. Вчера ушел Чика. Это словно из моего тела вынули что-то жизненно важное и оставили зияющую, мокрую дыру. Меня будто вывернули наизнанку. Каждая клетка кричит от боли, но... самое страшное даже не в этом. Самое страшное — я не имею права упасть на дно. У меня за спиной еще ребята. Маленькие, дикие, напуганные. Они смотрят на меня оттуда, из темноты, и ждут. Если я сейчас развалюсь и уйду в это «невыносимое состояние», мы потеряем всех завтра же утром. Буквально. Я спасаю их не заклинаниями, не слезами в подушку, а уколами и ноль-нолями на табло анализов. НАМ НУЖЕН ИПЕКОН. МНОГО. Ипекон — это не роскошь, это их единственный шанс против убийцы ФИПа. Лекарство, которое работает как чудо, но стоит как крыло самолета. Ипекон, инъекционный раствор для лечения вирусного инфекционного перитонита кошек, 5 мл (Годен до 01.07.2026) https://ozon.ru/t/b2wFNif НУЖНА ФИНАНСОВАЯ ПОМОЩЬ. Прямо сейчас. На врачей, на анализы, на то, чтобы за

Тишина, которую невозможно слушать Люди думают, что в приюте шумно. Лают собаки, орут коты, гремят миски. Это неправда. В приюте очень тихо. Потому что громко плакать они разучились ещё тогда, когда их выбросили. Перед сном пересчитываю все ли дышат. Я пересчитала их всех. 180 спящих носов, поджатых лап и вздрагивающих во сне спин. 180 существ, для которых я сейчас — целый мир. А вы те самые слоны и черепахи на которых все держится. Друзья я боюсь, что завтра утром не смогу дать им завтрак. У нас случилось пополнение. Только это не «ура», а «караул». 18 собак. Из них 11 — щенки. Кто-то назовёт это безумием в кошачьем царстве. Возможно. Но когда я увидела их — комочки шерсти в холоде на земле перед утопить, — внутри что-то щёлкнуло. Я не знаю, как объяснить. Это как видеть пожар и не пытаться потушить. Я просто принесла их в дом. В смысле — в приют. Теперь они живут на пелёнках. Да, представь себе: эти крохи, у которых молочные зубы только-только режутся, уже понимают, что писать