Татьяна Симонова

28 сентября 2020 года 7-летний Савелий Роговцев шел с автобусной остановки домой. Возвращался из школы. У калитки его встречала мама. Женщина всё больше нервничала. Ведь раньше такого не было, чтобы сын опаздывал... Савелий так и не вернулся домой в тот день. На его поиски ушло долгих два месяца... Каждый год в России бесследно исчезают около 180 000 человек. Эта цифра настолько велика, что сознание отказывается воспринимать её в полной мере — она превращается в абстракцию, в статистику, в строчку в министерском отчёте. Но стоит за ней вычленить одну судьбу — конкретного человека, конкретную семью, конкретный адрес — и абстракция рассыпается, обнажая невыносимую человеческую реальность. Из этих 180 000 пропавших около 45 000 — дети. Больше сорока тысяч детей в год. Почти 124 каждый день. Большинство из них находят. Но чем дольше длится поиск, тем меньше шансов на благополучный исход. Криминалисты и специалисты поисковых служб хорошо знают эту закономерность: если после исчезновения про