Ольга Сонникова(Афанасьева)

— Этот суп я есть не буду,— отрезала я и в подтверждение отодвинула тарелку. Суп ошарашенно выплеснулся на клеенку. — Прости меня, Господи, но вы зажрались, мои дорогие,— рассердилась бабушка.— Во время войны за такой суп мои дети душу бы продали! — Сейчас же войны нету,— напомнила я.— Ну надоело мне всякую дрянь есть, в самом деле! Ничего мне нельзя, картошка жареная — и та уже во сне мерещится! Бабушка вздохнула и стала вытирать клеенку. — Мне сейчас некогда, надо помидоры сажать, потом жарко будет. Ты сама себе курицу потуши. — О-о-о-о-о,— заныла я — меня ждали девочки у Цицо, мы собрались сделать себе маникюр из лепестков того красного цветка, что у них возле ворот во дворе растет: точь-в-точь как накрашенные длинные ногти! — Ну тогда сиди голодная, что мне с тобой делать.— Бабушка нахлобучила свою соломенную шляпу.— Положи кусочки цыпленка в сковородку — он в холодильнике в миске, налей воды до половины и в середину — кусочек масла! — И всё? — тревожно уточнила я в спину бабушки.