Вера Епифанцева

В СССР было много сильных женщин. Но настоящая власть была только у одной — Екатерины Фурцевой. Женщина, которая могла одним звонком открыть в Москве выставку «Моны Лизы», привезти звезд джаза из Америки, разрешить международный конкурс Чайковского… или, наоборот, закрыть спектакль, запретить певца и вычеркнуть актёра из жизни советской сцены. Высоцкий, Быков, Ростропович и Пастернак пали жертвами ее недовольства. Влияние ее на культуру СССР в 1960-1970-е было максимальным. Министр культуры, член Политбюро, единственная женщина на вершине партийной пирамиды. Но у любой власти есть странная особенность: она отлично управляет страной — и часто совершенно беспомощна дома. Пока Фурцева руководила культурой огромной страны, рядом рос человек, который видел её совсем другой — не железной, не всесильной, а вечно занятой матерью, которой никогда не хватало времени. Этого человека звали Светлана Фурцева. Дочь самой могущественной женщины СССР. И её жизнь оказалась куда менее блестящей, чем кар