Сергей Мигачёв

Давайте просто посмотрим на эти раритеты. На предметы быта, которые делали ярче и веселее жизнь советских граждан. Кто пользовался отечественной стиральной машиной, тот ее не забудет никогда! В житейском плане можно выделить два периода - ленинско-сталинских коммуналок и хрущевско-брежневского индивидуального жилья. У каждого свои особенности и мифология. Многие скучают по чувству локтя (”который мне совали под ребро”). В коммунальной квартире людей вынужденно объединяло многое. При этом соседей не выбирали. Под одной крышей могли оказаться интеллигент, уголовник, военный и семья рабочих. И всем нужно было уживаться. Кто-то пытался договориться, кто-то стремился взять свое нахрапом. Еще это период многоразового использования. Не было такого, что вещь испортилась - и ты купил другую. Ты еще попробуй найди ее. Все ремонтировалось и передавалось из поколения в поколения. Это не чисто наша традиция, так поступали раньше в большинстве стран. Просто где-то уровень благосостояния и доступност

1 марта 1953 года, 6:30 утра. Охранник Петр Лозгачев замер у дверей сталинской спальни. Внутри тишина — необычная для этого времени. Вождь всегда просыпался к шести. Но открыть дверь Лозгачев не смеет. Приказ Сталина категоричен: «Без вызова не входить. Никому». За нарушение — расстрел. Иосиф Виссарионович Сталин умирал в полном одиночестве. Те, кто правил страной от его имени, боялись войти в комнату. Пять дней агонии вождя стали символом той эпохи — эпохи страха, которая погубила своего создателя. Вечером 28 февраля 1953 года Сталин пригласил на дачу в Кунцево «четверку» — Берию, Маленкова, Булганина и Хрущева. Сталин был в хорошем настроении, шутил, пил вино. Просмотрели новый фильм «Незабываемый 1919 год» — Сталин остался доволен тем, как показана его роль в Гражданской войне. Ближе к полуночи гости попрощались. Берия уехал первым — Сталин его недолюбливал и отпускал раньше других. Маленков, Булганин и Хрущёв задержались еще на час, обсуждая текущие дела. В 4 утра 1 марта последние