Наталия (Джуди) Джус (Дроботова)

Злоба - это и есть зависть. Отчаяние зависти. Полная капитуляция перед жизнью. Признание своей неспособности жить и радоваться. И просто - жить. Сколько я видела злых людей - столько и убеждалась, что злоба - это последнее отчаяние. И зависть в крайнем проявлении, зависть к живым. Может, к страдающим, бедным, больным, но к живым. Это зависть к жизни. Потому что истинно-злой - не живет. Он лишь имитирует жизнь. ✅ И есть главный признак истинно-злого - он старается лишить других припасов. Отнять энергию жизни. Радость, вдохновение, творчество, любовь, надежду, - всё это старается отнять злой завистник. Я не живу - и ты не живи! И всегда злой пачкает и разрушает то, чем поддерживают свою жизнь другие. Красоту, поэзию, добро, надежду… И старается погубить или обесценить того, кто дает людям эти припасы для жизни. У Гельмута Шека в его книге о зависти приводится рассказ моряков, переживших кораблекрушение. Они плыли в шлюпке, страдая от голода, жажды и страха. Некоторые, не в силах тер

Представьте: мир, где нет случайных дождей. Каждая капля — дыхание бога. Где судьба ребёнка вплетена в узор на полотенце, вышитом бабушкой. Где жизнь — не путь к спасению, а танец с богами и предками, чьи имена звучат в шепоте листьев. Так жила Русь, дышащая Родом. Род не является «богом» в привычном нам, строгом смысле, не имеет собственного лика, но всё сущее есть лики его. Он есть — присутствие. Единая Сила, что течёт в корнях дубов и в жилах родичей. Всебожие, где душа дома (домовой) и дух леса (леший), другие боги — это его лики. Он был самим родством мира: с небом, с землёй, с ушедшими и теми, кто придёт. Память о нём — не догма, а чувство. Как запах земли после грозы. А потом пришли корабли новой веры. С Крестом, который был и мечом, и якорем. Им нужна была ясность. Единый Бог на небе, единый князь на земле, единый закон в головах. Им нужен был страх, повиновение, отсутствие свободы в сердцах. Их Бог ревнив, он не терпит соседей. В их мире не может быть божества без чёткого л