лариса самохвалова(шишкина)

А ведь мог купить квартиру в Риге, дом в Швейцарии, виллу на Кипре. Но в 2006 году приехал в глухое вологодское село на 150-летие заброшенной усадьбы. Юрий Войцеховский 10 лет проработал в Европейском банке, до этого — в штаб-квартире HSBC в Лондоне. Закончил Лондонскую школу бизнеса, жил в Британии, входил в советы директоров банков. Его жена Вера молча смотрела на руины. Это был дом её предков. Здесь родился её прапрадед — тайный советник, человек из окружения императора Александра III. Теперь же повсюду были трещины в стенах, дыры в крыше, провалившийся потолок. Усадьбу Хвалевское построил в 1854–1856 годах Николай Качалов — тайный советник, губернатор Архангельска, глава Таможни Российской империи и близкий соратник царя Александра III. Он сам проектировал здание, выбирал известняк с берега реки Суды, следил за каждым этапом. У Качаловых было 15 детей, многие из которых стали выдающимися людьми России. Один из сыновей тоже стал губернатором Архангельска и основал Электротехнически

Горы Саянского хребта всегда славились своей суровой и неприступной красотой. Гранитные пики здесь упираются прямо в облака, а густые туманы скрывают ущелья, хранящие вековые тайны. Группа альпинистов под руководством опытного гида Андрея проходила сложный перевал, когда привычную тишину разорвал звук, не похожий ни на что. Это был не угрожающий рык хищника, а пронзительный, полный боли крик отчаяния. Андрей, Ольга, связист Игорь и Сергей замерли. Звук доносился со стороны глубокого разлома. Рискуя сойти с безопасной тропы, команда двинулась на зов. Камни сыпались под ногами, видимость падала, но крик становился всё отчетливее. Выйдя к краю обрыва, они увидели душераздирающую картину: огромная медведица металась по уступу, с ужасом глядя вниз. В этот момент люди поняли — перед ними разыгрывается настоящая трагедия, и пройти мимо просто невозможно. 👉 Что произошло дальше — смотрите в этом видео: Увиденное на краю обрыва потрясло даже бывалых путешественников. Ниже, на узком, крошащемс

Ночное дежурство в Каспийской городской больнице шло спокойно. Пока за окном не раздались крики. Кардиолог из Махачкалы Азиз Багандов выглянул во двор — и увидел, как мужчина силой удерживает женщину. Он не стал звонить кому-то и ждать. Просто выбежал. Азиз попытался подкрасться и обезвредить нападавшего внезапно, но женщина закричала: — Доктор, помоги мне! Он хочет убить меня! Мужчина резко обернулся и ударил врача локтем в лицо. Дальше началась короткая, жёсткая борьба. Нападавший не знал, что перед ним не только кардиолог с медицинским дипломом, но и человек со спортивной подготовкой. Бросок через бедро — и всё закончилось так же стремительно, как началось. Прибывшие сотрудники полиции забрали задержанного. Позже выяснилось, что его уже разыскивали по тяжким подозрениям. Заместитель главы администрации Каспийска по общественной безопасности Юсуф Нурадилов отметил: до появления врача женщина пыталась просить помощи у других прохожих. Нападавший говорил им: «Это моя жена. Мы сами раз

В Карелии прохожий спас от смерти новорожденную нерпу. Он услышал крик и заметил стаю пикирующих на лед ладожского озера чаек, которые пытались заклевать маленького тюленя. Мужчина вытащил детеныша на берег и сообщил в петербургский центр реабилитации ластоногих. Оказалось, это совсем малыш, он родился буквально накануне. Неясно, что стало с его мамой, но зоологи уверены, что смогут выкормить детеныша. Его окружили заботой и даже положили в вольер мягкую игрушку в виде большой нерпы. РЕН ТВ в мессенджере МАХ – главный по происшествиям

200 гектаров леса — это 300 футбольных полей. Обычно такие площади восстанавливают с помощью целых министерств. Но в Калуге это сделал один человек. Обычный пенсионер. Без финансирования, без шумихи, без помощи. Просто вышел в поле — и начал сажать деревья. Зовут его Иван Николаевич Селезнёв. Ему 74. Бывший агроном, вышел на пенсию ещё в 2010 году. Тогда он впервые увидел, как вырубили берёзовую рощу у его деревни. Тогда он взял лопату — и пошёл в поле. Иван Николаевич сажал по чуть-чуть. Поначалу это были саженцы с собственного огорода, потом начал ездить на питомники, где просил «неликвид» — деревца, которые не подошли для продажи. Он вставал рано, шёл пешком два километра до участка и работал по несколько часов. Без техники, без волонтёров. Один. Иногда к нему подходили прохожие, спрашивали: «Вы с ума сошли?» Он только улыбался. За первые 5 лет он засадил почти 50 гектаров. Иногда болел, иногда уставал, однажды даже попал в больницу с воспалением лёгких, но как только вставал на ног