Елена Стрижова

Кристина сидела за рулём своего серебристого кроссовера и проклинала московскую пробку. Было начало марта, снег уже почти сошёл, но дороги всё ещё были в ямах и лужах, а настроение — в минусовой зоне. Она возвращалась с работы, где весь день провела в переговорах с капризными клиентами, и мечтала только об одном: горячей ванне, бокале вина и тишине. Муж, Дмитрий, должен был быть дома к восьми, как обычно. Он всегда звонил, если задерживался. Светофор впереди упрямо горел красным уже четвёртую минуту. Кристина барабанила пальцами по рулю и рассеянно смотрела в боковое окно. Рядом, в крайней левой полосе, стоял чёрный внедорожник с тонированными стёклами. Что-то в нём показалось знакомым. Она прищурилась. Номер… Боже, это же номер Дмитрия. Тот самый «А 777 АА», который он так горделиво поставил на свою новую «Тойоту» полгода назад. Сердце Кристины пропустило удар. Она наклонилась ближе к стеклу. На пассажирском сиденье сидел Дмитрий. В своём сером пальто, которое она сама выбирала ему

– Кать, я тут кое‑что узнала… – нерешительно начала Вика, поглядывая на подругу, которая увлечённо подбирала оттенки тканей для свадебного платья на экране ноутбука. Её пальцы замерли над клавиатурой, а взгляд стал рассеянным – будто она уже не здесь, не в этой уютной гостиной с запахом свежесваренного кофе и тёплым светом торшера, а где-то на море в медовом месяце. – Ну‑ка, выкладывай! – Катя оторвалась от экрана, вскинула брови и откинулась на спинку кресла. В её глазах мелькнуло что‑то тревожное, хотя она изо всех сил старалась выглядеть беспечной. – Только предупреждаю: если это что‑то про Дениса, сразу закрываем тему. Он в прошлом. Точка! У меня через три недели свадьба, и я не хочу ворошить старые раны. Вика вздохнула, провела рукой по волосам и нервно поправила рукав свитера. Она знала, что сейчас скажет – и это снова откроет старую рану подруги. Но молчать было ещё хуже. – Да ладно тебе, – тихо произнесла Вика. – Но ты же его любила! По‑настоящему! А сейчас выходишь за Кирилла…