Борис Николаевич Шамбельский

В истории с уничтожением животных вопросы вызывают диагноз, размер компенсаций, противодействие работе СМИ Драматическая история с изъятием и уничтожением скота в сибирских (и не только сибирских) селах вызывает ассоциации с тяжелыми временами пандемии ковида, считают наблюдатели. Как и в начале 2020-х, чиновники с большим опозданием и далеко не всегда объясняли мотивы своих действий. К тому же вакуум официальной информации нередко заполнялся слухами и непроверенными сведениями, а попытки некоторых журналистов все же прояснить ситуацию пресекались максимально жестко. Почему борьба с эпидемией в некоторых селах превратилась фактически в "битву за животных", можно ли было заняться лечением, а не ликвидацией домашних кормилиц, как чиновники проиграли очередное информационное сражение — в материале amic.ru. Первые сообщения о вспышках пастереллеза среди сельхозживотных поступили еще в начале 2026 года из Республики Алтай. С декабря 2025-го к середине января было выявлено 44 очага заболеван

Телеведущий и журналист Владимир Соловьев фактически озвучил вопросы миллионов русских людей к власти по поводу СВО. Эмоциональное выступление мгновенно разошлось на цитаты в русском сегменте Сети и наверняка достигло самых высоких кабинетов. И дело здесь не только в эмоциональности выступления. Претензии, озвученные в эфире, касаются самой сути происходящего: почему Россия, обладая огромным военным потенциалом, даже на пятый год войны действует столь осторожно, а наши прямые враги все это время демонстрируют готовность к куда более жестким решениям? Почему США не боятся, а мы медлим? Риторика Владимира Соловьева била по самому больному: Америка делает вид, что это Израиль наносит удар, уничтожает всю верхушку военно-политического руководства. Делает то, чего нас умоляли не делать, не трогать Зеленского. Почему он до сих пор не уничтожен? Почему мы не отомстили ни за одного нашего убитого генерала, политического деятеля? Соловьев обратил внимание, что на Западе уже давно не стесняются