ХШБ (замужем)

Вот настоящий-то Есенин — это белый лебедь. Накануне дня рождения Сергея Есенина мы попросили поэта Валентина Сорокина ответить на вопросы нашего корреспондента. — Валентин Васильевич, вы много своих работ — очерков, статей, цикл поэтический «Ока моя лебяжья» — посвятили Есенину... — Понимаете, что есть Есенин для русских... Мне сложно это даже выразить. Вот я в поле выбегаю — я, ребёнок, и я впервые увидел солнце на этом поле, траву зелёную, цветы яркие, а там, вдали, может быть, ива наклонилась и плачет. Цветы радуются, ива плачет, солнце смеётся, а я ребёнок, да? А вот бывает так, что я седой, но выбегаю на поэтическое поле, как ребёнок, я, проживший много, переживший много трагедий, совершивший много хорошего и, наверное, есть у меня и какие-то поступки, которые нельзя назвать хорошими, которые могут мешать моей радости, я — человек... И вдруг я вижу, что Есенин меня возвращает к этому состоянию, мудрого, седого, как будто бы я выбежал один на это поле и впервые увидел мир этот и