Алексей Боровков

«Я боюсь включать утром свет в приюте. Вдруг кто-то не проснулся?» Мне не подобрать слов. Наша боль не глобальная — она в каждой миске, в каждом хвостике. Каждое утро начинается не с кофе, а со страха: все ли дышат? Хватит ли денег прожить этот день? И когда это закончится? В выходные случилась беда. У Евы, моей крошки с одним глазиком, — пиометра. Она почти не дожила до понедельника. Чудо,

Весной хочется петь, а у нас в приюте — плакать. Потому что весной особенно остро видишь, как никому не нужны старики. Старые котики... их просто выносят на помойку. Им говорят: «Ты своё отжил». Русик своё явно не дожил. Его нашла в сыром подвале — слепого, больного, с лишаем и паразитами. Как он там Богу душу не отдал — загадка. Вылечили, выходили, потеряли его зубы, но спасли жизнь. Он такой