юлия Корначенко-Шестакова

Я ложился в «Острове» в гроб. Строгая вещь. Четыре стеночки и крышка – ни Евангелия, ни икон, ничего нет. С чем ляжем? Что я собрал? Записывать умею, водить машину умею, тем-то пользоваться умею.

Ростовские психиатры сегодня наблюдают необычный всплеск обращений по поводу смены пола. Такая картина не только на Дону. Если раньше статистика показывала одного человека на 200 тысяч насе...

 Милостыня (правдивая история) Это случилось в 1943 году в Омске, когда мне было одиннадцать лет и наша семья жила там в эвакуации. Всё произошло на глазах у моей мамы. Перед входом на рынок обычно сидела нищенка, низко опустив голову...

Многочисленные побои, раны и ожоги. Двухлетний Егор Кемалетдинов столкнулся с жестокостью взрослых. На протяжении полугода ребенка истязал хозяин фермы Александр Самаркин, на которого работали родите...

Из всемирной сети