Ирина Разина (Морозова)

— Пустишь на порог? Хоть чаю выпить. Промозглый октябрь, знаешь ли, не май-месяц, — голос Олега звучал непривычно робко, почти заискивающе. Он стоял на крыльце их старой, еще родительской дачи, съежившись под мелким, надоедливым дождем. Марина смотрела на него сквозь сетку на двери, не спеша открывать засов. Пять лет. Пять лет она не слышала этого голоса вот так, вживую. В телефоне — да, редкие, деловые звонки по поводу дочери. Но здесь, на пороге ее нового, выстраданного мира, его появление ощущалось как вторжение из прошлого, от которого она так долго и мучительно избавлялась. — У меня нет чая, который ты любишь. С бергамотом. Я его больше не покупаю, — ровным, спокойным тоном ответила она. Внутри все сжалось в ледяной комок, но внешне она оставалась невозмутимой. Годы тренировок. Олег удивленно вскинул брови. Он ожидал чего угодно: криков, упреков, хлопанья дверью перед носом. Но этого холодного, отстраненного спокойствия — нет. Это выбивало почву из-под ног. — Ну, любой… Какой есть