Мария Ивашкина (Черакшева)

Я, конечно, слегка посетовала на отсутствие простой и доступной еды в Петербурге, - еды моего детства. Разнообразных шаверм хоть отбавляй. Странных заведений, обманчиво именующих себя "столовыми" - огромное количество. Есть и суши, и карбонара, - якобы карбонара, и квази-Том Ям... И прокисший извилистый и слоистый ханум. Век его не забуду. Хотя я не съела ни кусочка. Только смотрела. Но и это оставило глубокое впечатление.  Может, мне не очень везет. Может, я редко посещаю кафе и прочие места. Как нам однажды ответил мужчина в Уфе на вопрос, где поблизости кафе: «Я человек семейный и обедаю дома. А не шатаюсь по злачным местам!». Вот и я дома ем в основном.  Но главное-то есть. Есть главное хорошее. А я забыла про это рассказать.  Знаете, в Петербурге очень хороший хлеб. Обычный черный хлеб разных сортов. Заварной и подовый, бездрожжевой и дрожжевой. Но хлеб очень хороший. И этот хлеб вполне искупает некоторый недостаток дешевой, простой, натуральной и горячей еды. 

В семье бывают ссоры. У всех бывают. Поводов для ссоры предостаточно. Но иногда ссора бывает сильной, серьезной. Не размолвка, именно ссора. И за долгие годы наблюдений я заметила важную вещь. И вы, наверное, тоже. После семейной ссоры начинается полоса неприятностей. А иногда и несчастий. Причем в областях, совершенно с ссорой не связанных. И даже не связанных с семьей. Это происходит после ссоры "с осадком", когда не произошло полное примирение. Когда так и остались ранеными, расстроенными, когда не выходят из головы сказанные в гневе слова. Даже если кое-как успокоились и вроде бы заглушили ссору, все равно последствия происходят. Дети заболевают. Домашние питомцы. Начинаются конфликты на работе и ссоры с посторонними людьми. Возникают денежные потери и внезапные траты на что-то неприятное, - но необходимое. Могут произойти аварии, ломается бытовая техника, все рушится, - можно так сказать. Исчезает "удача", везение, проблемы не решаются. И это не самое страшное из всего, что може

Давайте вот о чем подумаем.  Когда мы жалеем человека, мы говорим: «Бедный! Бедный Николай Сергеевич! Бедная Лиза, с ней так обошлись!». И ребёнка, который ушибся, мы говорим: «бедненький!» с состраданием. Это слово жалости: «бедный». Слово любви.  Но, возможно, лучше не говорить это слово; по крайней мере, ребёнку. Чтобы не повлиять на его жизненный путь и выбор.  Надо использовать другие ласковые слова и утешения, жалея и поддерживая.  А «бедный» - не очень-то хорошее слово. Его произносят любящие. И оно хорошо усваивается, как дар любящих.  Это слово подкрепляют утешениями и ласками, так? Называют «бедненьким», присваивают это имя, как ласковое прозвище. Определяют. И этот эпитет легко принимается вместе с конфеткой и поцелуем. «Бедненький» - сейчас тебя утешат и дадут что-то хорошее.  К сожалению, не всегда. Но человек уже усвоил манеру поведения бедного.  «Бедный» - имеет два смысла. Материальный и жизненный, судьбоносный.  С героиней повести «Бедная Лиза» все кончилось плохо.

Хранить старые вещи, беречь хлам вредно и даже грешно, так поясняют. Хлам и старье - это то, чем вы не пользуетесь. Просто храните зачем-то; жалко выбросить или отдать. Так определяют хлам. Нет, не всегда это так. Можно вещью не пользоваться. Она может вообще утратить свои утилитарные свойства. Но это не хлам. Для нас это не хлам. А другие пусть думают что хотят; это не их дом и не их вещи. Вот у меня есть два старых огромных чемодана. Они из коричневой потертой кожи, большие, офицерские. И чемоданы занимают много места в сравнительно небольшой квартире в Петербурге. Я их не могу выбросить. Это дедушкины чемоданы. Он с ними прошел все сражения. Все переезды по России, а потом - в Корее служил. Это военные победные чемоданы, в них умещалось все имущество семьи офицера. И в сорок четвертом в чемодане спал мой новорожденный папа. Кроватки не было; был офицерский чемодан. И потом, в мирной жизни, ездили от места службы к другому месту службы: Дальний Восток, Крым, Урал, Ленинград… А потом