Сергей Богомолов

В конце 1960-х на европейском авторынке случилась занятная ситуация: советский Москвич-412, собранный в Бельгии, продавался дороже некоторых моделей Mercedes-Benz W115. Речь не о роскошных версиях немецкой марки, а о базовых седанах, которые должны были стоить значительно выше любого советского автомобиля. Секрет крылся в схеме брюссельской компании Scaldia-Volga. Фирма получала из СССР кузова Москвича без двигателя и трансмиссии. В антверпенском цехе машины получали британские дизели Perkins или французские Peugeot-Indenor, европейскую отделку салона и продавались как Moskvitch Scaldia. Дизельный двигатель превращал машину из бюджетной в востребованную. Бельгийцы ставили британские Perkins разных модификаций — от 1,6 до 1,8 л., мощностью 47-52 л.с., позже появились французские Indenor на 68 л.с. Главное преимущество — ресурс свыше 500 тысяч км против 150 тысяч у советского УЗАМ-412. В 1960-70-е дизельные автомобили в Европе считались элитной опцией. Разница в цене между бензиновой и