татьяна ковторова (заводяк)

ru.rbth.com В первые дни войны, когда над Советским Союзом нависла смертельная угроза, сыновья и дочери тех, кто правил страной, могли бы остаться в тылу. У них были связи, возможности, отцовская власть. Но они сделали выбор, который сегодня кажется невероятным: пошли на фронт. И многие не вернулись. Три сына Сталина: когда фамилия не спасает Начнём с самого верха. У Сталина было три сына: двое родных и один приёмный. И все трое воевали с первых дней войны. Старший, Яков, окончил артиллерийскую академию в мае 1941-го. Через месяц началась война. Уже 27 июня за отличие в бою его представили к ордену Красного Знамени. А 18 июля он попал в плен. Немцы несколько раз предлагали обмен - Сталин отказывался. Яков погиб в концлагере Заксенхаузен в апреле 1943-го, бросившись на колючую проволоку под напряжением. Хотя существует версия, что он погиб в первые недели войны, а история с пленом - геббельсовская пропаганда. Василий Сталин начал войну в управлении ВВС, но в июле 1942-го добился отпр

Апрель 1945-го. Мир уже в предвкушении победы, но где-то в сердце Германии, в пяти милях от сонной веймарской гавани, ад всё ещё продолжается. За колючей проволокой Бухенвальда, где человечность умирала быстрее, чем люди, узники решились на безумие. Они собрали из обломков коротковолновый передатчик и крошечный генератор, спрятанный под полом барака. Пальцы дрожали, но стучали по ключу морзянкой: «Это Бухенвальд. Просим помощи. СС хотят нас уничтожить». Три минуты тишины – и ответ, как гром: «Держитесь. Спешим». Через три дня, 11 апреля, танки Шестой бронетанковой дивизии ворвались в лагерь, и среди 21 тысячи выживших теней стоял четырёхлетний мальчик. В руках – самодельный деревянный самокат. В глазах – вся боль и вся надежда мира. Его звали Джозеф Шлайфстайн. И это была не просто история выживания. Это была история мести. Джозеф появился на свет 7 марта 1941 года в еврейском гетто Сандомира, в оккупированной Польше. С первых вздохов его окружали стены, голод и шепот смерти. Родител

Как же повезло нам жить в СССР. Да, мы там счастливо жили, молоко с мёдом пили, в футбол играли, макулатуру собирали, в походы ходили, рыбу по утрам удили, песни у костра пели, картошку печёную ели. И как нам жаль тех, у кого ничего этого не было. А какая атмосфера царила в нашей родной и любимой стране - надежность, спокойствие, уверенность в завтрашнем дне, отсутствие безработицы, доброта и кругом счастливые лица. В «тоталитарном совке» билеты на все виды транспорта продавались без паспорта, достаточно было показать студенческий, чтобы получить скидку и свобод было в миллион раз больше, чем в демократической России, где куда ни глянь, увидишь чопика. Летом двери подъездов были открыты настежь, а на дверях висели таблички с номерами квартир и фамилиями жильцов. Доступ в школы был свободный, не было никакой охраны, не было высоких заборов и решеток на окнах. Вечером на улице было безопасно и дети гуляли допоздна. Советский Союз был самой читающей страной в мире, современная молодежь да

В далекой горной Туве, где степи переплетаются с ветрами, а люди живут в ладу с природой, в 1941 году зародилась история, о которой мало кто знает. Маленькая Тувинская Народная Республика, не входившая тогда в состав Советского Союза, встала плечом к плечу с великой страной, чтобы сражаться с нацистской машиной. Их вклад был скромным по масштабам, но огромным по духу. Это рассказ о храбрости, о людях, чьи сердца горели ярче огня, и о том, как они стали для врага «Чёрной Смертью». Лето 1941 года, мир рушится под натиском гитлеровских орд. Советский Союз истекает кровью, а где-то в горной Туве, народ собирается на площади. 23 июня 1941 года, всего через день после начала войны, Тувинская Народная Республика объявляет войну Германии и её союзникам. Восемьдесят тысяч человек – всё население маленькой страны – решают: эта война и их тоже. Тува не была частью СССР. С 1921 года она жила своей жизнью, независимой и гордой. Но в тот момент, когда над миром нависла тень фашизма, тувинцы не ста