Алексей Яськов

Май 1945 года. В Москве уже гремят залпы салютов, люди обнимаются на улицах, а воздух пропитан не только ароматом цветущей сирени, но и пьянящим чувством долгожданного мира. Но пока одна половина Европы рыдает от счастья, в чешской Праге тишина — это лишь краткое затишье перед бурей. Здесь война не закончилась 9 мая. Здесь она вцепилась в землю зубами, огрызаясь огнем последних фанатиков Рейха. Прага в те дни напоминала растревоженный улей. 4 и 5 мая город ощетинился баррикадами. Чехи, уставшие от многолетней оккупации, поднялись на свое последнее и самое решительное сражение. Против них Германия бросила элиту своего безумия — остатки дивизий СС «Райх», «Викинг» и «Валленштейн». Это были не просто солдаты, а люди, которым нечего было терять. За их плечами — выжженные деревни Псковщины, Смоленщины и Белоруссии. Но в этот раз немецкий «порядок» дал сбой. В разгар боев их вчерашние союзники, власовцы из КОНР, внезапно развернули пушки против немцев. Это был короткий, но яростный союз че

Спросите любого школьника — что является символом Великой Отечественной войны? Скорее всего, он без запинки скажет: Т‑34, Ил‑2 или «Катюша». А спроси про Холодную войну — задумается. Даже у знатока истории мнения разнятся. Кто‑то вспомнит МиГ‑21 или Ту‑95, кто‑то — межконтинентальные баллистические ракеты. Любитель флота назовёт атомные подводные лодки, а поклонник стрелкового оружия — всемирно известный «Калашников». Но есть одно оружие, которое было настолько революционно, что полностью изменило тактику ведения воздушной войны. Это — советский зенитный ракетный комплекс (ЗРК) С‑75. В середине 1950‑х годов небо над СССР казалось почти беззащитным перед высотными разведчиками. Американский самолет U‑2 спокойно парил на высоте 20 км — там, где его не могли достать ни истребители, ни зенитная артиллерия. Казалось, что эта воздушная крепость неуязвима. Но в СССР уже шла работа над ответом. В 1954 году КБ‑1 (ныне НПО «Алмаз») и ОКБ‑2 (МКБ «Факел») взялись за создание первого в мире массово