Предыдущая публикация
Левая колонка
Последний визит: 14 янв
Фильтр
Это была не ссора,
Просто не повезло!
Как то мы до упора
Выдавили добро.
Мазали и лепили
Все превращая в блажь.
Видно перелюбили,
Сдали любовь в багаж.
А так хотелось боли,
Только чтоб от ногтей!
Мы не учили роли,
маски одев людей.
Страстные монологи
С памяти не убрать.
Думали, это боги
Нам помогают врать.
И мы мешали краски,
Тратились на других;
Но от дешевой ласки
Грелись один лишь миг.
Годы нас безвозвратно
Мчат друг от друга в даль.
Это сейчас понятно,
Ну а тогда- не жаль!
Нет! Мы уже не встанем
Вместе одной стеной,
Прошлое не помянем.
Повод то так, смешной...
Но продолжает сниться,
Душу напрасно рвать.
Раньше б поторопиться
Странный багаж забрать.
Просто не повезло!
Как то мы до упора
Выдавили добро.
Мазали и лепили
Все превращая в блажь.
Видно перелюбили,
Сдали любовь в багаж.
А так хотелось боли,
Только чтоб от ногтей!
Мы не учили роли,
маски одев людей.
Страстные монологи
С памяти не убрать.
Думали, это боги
Нам помогают врать.
И мы мешали краски,
Тратились на других;
Но от дешевой ласки
Грелись один лишь миг.
Годы нас безвозвратно
Мчат друг от друга в даль.
Это сейчас понятно,
Ну а тогда- не жаль!
Нет! Мы уже не встанем
Вместе одной стеной,
Прошлое не помянем.
Повод то так, смешной...
Но продолжает сниться,
Душу напрасно рвать.
Раньше б поторопиться
Странный багаж забрать.
Нам нервы тянет март стальными нитками,
А мы в себя растворы льем с избытками.
Бессмысленные крены от лечения
Сгибают нас до умопомрачения.
Запутавшись в грехах мы просим святости,
Но крыльев не дают, а лишь горбатости.
Эксперимент идет- меняют лицами,
И числимся всегда за спецбольницами.
Простите нас, мы может быть исправимся!
Конечно, если кровью не подавимся.
Но не смиримся точно и распятые,
Ведь мужество имеют все горбатые!
В стране, где стены вымазаны жизнями,
Мы смело можем лишь делиться мыслями.
Но про себя, без ропота и голоса,
Иначе доктора обреют волосы.
Поставят на плече клеймо- пропащие,
А мы как раз живые, настоящие!
Под ногти боль протиснется иголкою,
Намажте
А мы в себя растворы льем с избытками.
Бессмысленные крены от лечения
Сгибают нас до умопомрачения.
Запутавшись в грехах мы просим святости,
Но крыльев не дают, а лишь горбатости.
Эксперимент идет- меняют лицами,
И числимся всегда за спецбольницами.
Простите нас, мы может быть исправимся!
Конечно, если кровью не подавимся.
Но не смиримся точно и распятые,
Ведь мужество имеют все горбатые!
В стране, где стены вымазаны жизнями,
Мы смело можем лишь делиться мыслями.
Но про себя, без ропота и голоса,
Иначе доктора обреют волосы.
Поставят на плече клеймо- пропащие,
А мы как раз живые, настоящие!
Под ногти боль протиснется иголкою,
Намажте
Кто я тебе?
Недоступный, мечтающий, странный...
Сердце в огне.
Это плавиться нрав окаянный.
Даже во сне
Мои мысли окутанны мраком.
Кто я тебе?
Интересный, чудной забияка.
Шепчут- прости
Мои губы, давно не святые.
Не по пути!
Между нами провалы большие.
Черные дни
Я запью обжигающей дрянью,
Не пронести
Чувства хрупкие вкупе с молчаньем.
Кажется так
Будет легче, ослабив натяжку.
Скажешь- дурак!
Но зато и любовь нараспашку.
Это пустяк,
Сколько в жизни таких ты теряла!
Просто никак
Не сдержать моего интервала.
Переживем!
Ведь у нежности множество ликов.
Если вдвоем,
То давай без вопросов и криков!
Все зачеркнем
И отсчеты начнем с новой точки,
Не пропадем,
А роман п
Недоступный, мечтающий, странный...
Сердце в огне.
Это плавиться нрав окаянный.
Даже во сне
Мои мысли окутанны мраком.
Кто я тебе?
Интересный, чудной забияка.
Шепчут- прости
Мои губы, давно не святые.
Не по пути!
Между нами провалы большие.
Черные дни
Я запью обжигающей дрянью,
Не пронести
Чувства хрупкие вкупе с молчаньем.
Кажется так
Будет легче, ослабив натяжку.
Скажешь- дурак!
Но зато и любовь нараспашку.
Это пустяк,
Сколько в жизни таких ты теряла!
Просто никак
Не сдержать моего интервала.
Переживем!
Ведь у нежности множество ликов.
Если вдвоем,
То давай без вопросов и криков!
Все зачеркнем
И отсчеты начнем с новой точки,
Не пропадем,
А роман п
А мне бы другим не хотелось
За ради тебя становиться,
Воспитывать глупо несмелость
И воском закапывать лица.
Дрожать, лебезить и теряться...
Мужское за ширму не спрятать!
Я вряд ли смогу улыбаться,
Когда есть желание плакать.
Не хочется выбритым гладко,
Глаза опускать виновато;
Я вряд ли смогу слишком сладко,
С горчинкой мои ароматы!
Ведь знаешь, что точно за словом
В карман не полезу, сорвется;
Иголки во взгляде суровом
И сердце без удержи бьётся!
Слепить меня хочешь? Опомнись!
Зачем я тебе однобокий?
Не сунуть за лживую скромность
Мир разнополярный, глубокий.
И может быть стану добрее,
Все трещины лаком замажу;
Но я же тебя не сумею
Обманывать с пользою даже!
Стихи-
За ради тебя становиться,
Воспитывать глупо несмелость
И воском закапывать лица.
Дрожать, лебезить и теряться...
Мужское за ширму не спрятать!
Я вряд ли смогу улыбаться,
Когда есть желание плакать.
Не хочется выбритым гладко,
Глаза опускать виновато;
Я вряд ли смогу слишком сладко,
С горчинкой мои ароматы!
Ведь знаешь, что точно за словом
В карман не полезу, сорвется;
Иголки во взгляде суровом
И сердце без удержи бьётся!
Слепить меня хочешь? Опомнись!
Зачем я тебе однобокий?
Не сунуть за лживую скромность
Мир разнополярный, глубокий.
И может быть стану добрее,
Все трещины лаком замажу;
Но я же тебя не сумею
Обманывать с пользою даже!
Стихи-
Хочешь знать, что в душе храню,
Заперев за семью замками?
Почему толщиной в броню
Моё сердце покрыто льдами?
Не заглядывай ты туда!
Нет полотен там эрмитажных.
Ведь под коркою изо льда
Дом обиды многоэтажный.
Про которые не забыл,
Горечь их на глазах узором;
Переверил, недолюбил,
Месть и злоба там под надзором.
Этот дом- чернокнижный храм,
Где взростают, как лес, сомненья;
Если были бы окна там,
Ужаснулась бы наполненьем!
Я туда не вожу гостей,
Хоть и было желаний сколько!
Кто то видел, но из друзей,
Бегло первый этаж с пристройкой.
И цветы не растут в садах,
Даже солнце не бьет лучами;
Там задавлен мой лютый враг,
Сам его задушил руками.
Он посажен на цепь давно,
То
Заперев за семью замками?
Почему толщиной в броню
Моё сердце покрыто льдами?
Не заглядывай ты туда!
Нет полотен там эрмитажных.
Ведь под коркою изо льда
Дом обиды многоэтажный.
Про которые не забыл,
Горечь их на глазах узором;
Переверил, недолюбил,
Месть и злоба там под надзором.
Этот дом- чернокнижный храм,
Где взростают, как лес, сомненья;
Если были бы окна там,
Ужаснулась бы наполненьем!
Я туда не вожу гостей,
Хоть и было желаний сколько!
Кто то видел, но из друзей,
Бегло первый этаж с пристройкой.
И цветы не растут в садах,
Даже солнце не бьет лучами;
Там задавлен мой лютый враг,
Сам его задушил руками.
Он посажен на цепь давно,
То
Я бы оду тебе написал
Про любовь и душевную дрожь.
Я бы правду тебе рассказал!
Только знаю, сама не поймешь.
Что сказать тебе, я- Робин Гуд?
В эти сказки не веришь давно.
А вокруг меня люди снуют
Те, что галстуки носят смешно.
Я бы вытравил с кожи портак,
Пустоту подсинил бы в глазах;
Только сердце не вылечишь так!
Презирает оно боль и страх.
Зазаборные песни поёт
И гульбанит с казацкой тоской;
Даже если однажды умрет,
Ты его не удержишь рукой.
Мне бы крикнуть! Да голоса нет.
И кому это нужно? Скажи.
Я ходил за тобой столько лет,
Только слышал одно- не смеши!
Как от этих напрасных минут
Я устал, даже зубы скрипят.
Рад бы прошлое перечеркнуть,
Да вот только грехи не гор
Про любовь и душевную дрожь.
Я бы правду тебе рассказал!
Только знаю, сама не поймешь.
Что сказать тебе, я- Робин Гуд?
В эти сказки не веришь давно.
А вокруг меня люди снуют
Те, что галстуки носят смешно.
Я бы вытравил с кожи портак,
Пустоту подсинил бы в глазах;
Только сердце не вылечишь так!
Презирает оно боль и страх.
Зазаборные песни поёт
И гульбанит с казацкой тоской;
Даже если однажды умрет,
Ты его не удержишь рукой.
Мне бы крикнуть! Да голоса нет.
И кому это нужно? Скажи.
Я ходил за тобой столько лет,
Только слышал одно- не смеши!
Как от этих напрасных минут
Я устал, даже зубы скрипят.
Рад бы прошлое перечеркнуть,
Да вот только грехи не гор
На этом пока всё
Войдите в ОК, чтобы посмотреть всю ленту
48
- Romance Семашко 6Липецк
- Лolita Graз🔥🔥🔥Елец
- Ира Мальцева (Бурова)Нижний Новгород