О Л Ь Г А 🐈

— Ты пойми, Ань, ну не делай ты такое лицо. Это ведь просто бизнес. Жизнь — это тоже бизнес-проект, и наш с тобой... он стал убыточным. Игорь нервно постукивал золотой ручкой «Паркер» по полированной столешнице красного дерева. В его кабинете пахло кожей, дорогим парфюмом и предательством. — Убыточным? — Анна впервые за час подняла глаза. В них не было слез, только безграничное удивление, словно она смотрела на говорящего таракана. — Двадцать лет, Игорь. Мы начинали в гараже. Я мыла полы в твоем первом офисе, потому что нечем было платить уборщице. Я вела бухгалтерию ночами, пока качала нашего сына... которого мы потеряли. Это ты называешь убытками? — Не начинай, — поморщился он, словно от зубной боли. — Ты застряла в прошлом. Ты — черно-белое кино, Аня. А мне нужен цвет, мне нужен 4K, понимаешь? Кристина... она другая. Она — энергия. Она вдохновляет. А ты... ты просто есть. Как мебель. Удобная, но старая. — Мебель... — эхом повторила Анна. — Я все оформил честно. Квартира тебе, машин

Вечер 8 апреля 1974 года. Бригадир стоит в забое нижнего тоннеля на глубине 90 метров и смотрит на только что пробуренную разведочную скважину. Из отверстия сочится вода. Сначала медленно, как из неплотно закрытого крана. Потом струя становится толще. Еще через минуту из скважины с шипением вырывается водопесчаная смесь. - Всем наверх! Немедленно! - кричит бригадир. Рабочие бросают инструменты и бегут к выходу. Они еще не знают, что через несколько часов полтора километра тоннелей окажутся под водой, на площади Мужества образуются провалы, а часть Ленинграда будет балансировать на грани катастрофы. Они не знают, что эта авария войдет в историю как крупнейшая в мировой практике метростроения. И что через 21 год все повторится снова. Строительство метрополитена в Ленинграде в 1970-х Политика диктует инженерам Все началось в конце 1960-х, когда северные районы Ленинграда стремительно обрастали новыми жилыми массивами. Миллионы квадратных метров панельных домов — и ни одной станции метро.

В июле 1941 года Москва горела под ударами немецких бомбардировщиков. Столица Советского Союза, казалось, задыхалась от огня и дыма. Но в это же время, в самом сердце страны, рождалась дерзкая, почти безумная идея, которая перевернёт ход истории. Советские лётчики готовились нанести удар туда, где враг чувствовал себя в полной безопасности, - в Берлин, в логово Третьего рейха. Это история о мужестве, о холодных ночах на высоте семи тысяч метров, о людях, которые бросили вызов смерти и нацистской гордыне. 22 июня 1941 года началась Великая Отечественная война. Немецкие войска, уверенные в своей молниеносной победе, рвались вперёд, а их авиация уже через месяц, 22 июля, обрушила на Москву сотни тонн фугасных и зажигательных бомб. Город, ещё вчера живший мирной жизнью, превратился в мишень. Дома рушились, гибли люди, а в эфире гремели бахвальные заявления нацистских бонз. Министр пропаганды Йозеф Геббельс уверял, что советская авиация уничтожена, а участь «большевистского государства» п