Александр Садыков

В мае 1953 года, через 2 месяца после смерти Сталина, из детской трудовой колонии № 7 в Вологодской области сбежали шестеро воспитанников. Шестеро мальчишек от 13 до 15 лет, у которых не было ничего: ни еды, ни тёплой одежды, ни карты, ни компаса, только отчаяние. Безумная надежда на то, что где-то там, за бесконечной стеной тайги, есть другая жизнь. Жизнь без побоев, без голода, без колючей проволоки и надзирателей с овчарками. Они бежали ночью через дыры в заборе и растворились в лесу словно призраки. Колония подняла тревогу только утром. Почти две недели их искали. Прошли тайгу, спустили собак, опросили жителей дальних деревень. Две недели поисков — и никакого результата. А потом нашли одного. Четырнадцатилетний Мирон Щербак сидел на краю просеки в 30 км от колонии. Сидел неподвижно, обхватив колени руками, уставившись в пустоту. Когда поисковая группа подошла к нему, он даже не повернул головы. Первое, что бросилось в глаза — его волосы. Когда он бежал из колонии, они были тёмные