Ольга Гудкова - Ловкова

Он женился на ней не по любви, а по расчёту. Нужна была бесплатная работница, молчаливая и покорная. Вся Ольховка сговалась: «Глушков и порченую взял, совсем с ума спятил!» Но никто, даже сам Михаил, не знал, какая тайна хранится за пустым взглядом этой девушки и какой немой союз родится из этого брака по необходимости. Ветер гнал по улице села Ольховка колючую пыль, смешанную с прошлогодней трухой. Михаил Глушков, тяжело опираясь на самодельный костыль из корявой ольхи, стоял на крыльце сельсовета и ждал. Он не смотрел на редких прохожих, которые, замедляя шаг, кидали в его сторону взгляды, полные немого вопроса. Он смотрел на дорогу, уходящую за околицу, туда, где за старой покосившейся банькой, на отшибе, жили они — три «порченые». Идея жениться на одной из них созрела в нём прошлой бессонной ночью, после того как вновь заныла культя левой ноги, отнятой войной, а в доме в очередной раз закончились и дрова, и вода, и силы. Михаилу было сорок два. Он вернулся с германской в 1918-м не

Ресторан «Империя» сиял так, словно его строили не для людей, а для съемок исторического блокбастера о безумных королях. Повсюду была позолота: на витых спинках стульев, на тяжелых рамах огромных зеркал, даже на салфетках был вышит золотой вензель, который царапал губы. С потолка свисали хрустальные люстры размером с малогабаритную квартиру, и свет от них был таким ярким, что у меня с непривычки сразу заслезились глаза. Казалось, воздух здесь был пропитан не запахом дорогих духов и изысканных блюд, а самим понятием «деньги». Деньги кричали, деньги давили, деньги диктовали правила. Я судорожно поправила своё платье. Простое, темно-синее, из хорошей плотной ткани. Мы с мужем, Колей, выбирали его две недели, объехав, наверное, все магазины города. Мне оно искренне нравилось: элегантное, скрывающее недостатки фигуры, уместное. Но как только мы переступили порог этого зала, моя уверенность рассыпалась в прах. На фоне кричащей роскоши, организованной семьей невесты, я почувствовала себя серо

Карина совсем не ожидала что во время ее отсутствия, на ее даче кто-то поселится. В тот день она приехала на своем новеньком автомобиле не одна, а с дочерью и псом. - Витас, - скомандовала она открыв дверцу машины. Добродушный щенок выпрыгнул из салона авто на улицу и смешно огляделся, тряся ушами. За ним вышла шестилетняя Полина. Вытащила с заднего сиденья свой маленький детский чемодан на колесиках и с ручкой, деловито пошла к дому. *** ...Тут Алла Николаевна, наблюдавшая за троицей из окна дома поняла, что лучше всего сейчас будет, если она сама выйдет и покажется хозяевам дачи на глаза. До чего же стыдно! Но ничего не поделать. Она вышла на крыльцо и Карина с девочкой наконец-то ее увидели. - Добрый день, - дрожащим голосом поздоровалась женщина. Карина, шедшая по выложенной камешками дорожке с сумкой и чемоданом, остановилась: - Здравствуйте... А вы... Кто? И что вы тут делаете... На моей даче? *** Женщина, переминавшаяся с ноги на ногу не выглядела бродяжкой. Одежда на ней была ч

В салоне дорогого черного кроссовера царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь тихим гудением климат-контроля. Галина Петровна сидела на заднем сиденье, судорожно сжимая ручки своей старенькой кожаной сумки. Костяшки пальцев побелели. Она смотрела в окно, где сгущались ранние зимние сумерки, и пыталась унять дрожь, которая была вызвана вовсе не холодом — в машине было тепло, даже душно от сладкого, тяжелого парфюма невестки. — Мам, ну ты чего молчишь всю дорогу? — голос Игоря звучал наигранно бодро, но Галина Петровна, знавшая своего сына как никто другой, уловила в нем вибрирующие нотки вины и страха. Он то и дело поправлял зеркало заднего вида, но избегал встречаться с ней взглядом. — А о чем говорить, сынок? — тихо спросила она. — Всё уже сказано. Марина, сидевшая на переднем сиденье, демонстративно вздохнула и начала нервно постукивать длинным наманикюренным ногтем по экрану смартфона. — Игорь, ну объясни ты ей еще раз. Галина Петровна, вы поймите, мы же о вас заботимся. Врачи что ск