Галина Катаева

- Ох, ты ж, батюшки! Это что такое?.. – Мария Ивановна резко остановилась и с недоумением посмотрела на собаку, которая находилась примерно в десяти метрах от неё. Она очень долго на неё смотрела – минуты две-три, наверное, а может, и больше, и всё никак не могла понять, что это с ней такое. Собака была бездомной – это было сразу понятно по её неопрятному внешнему виду и грустным глазам. Мария Ивановна периодически подкармливает уличных собак и кошек, и практически у всех такие глаза. Грустные-грустные глаза, но с капелькой надежды. Наверное, в отличие от людей, животные всегда надеются на лучшее. Грязные, лохматые, голодные, а всё равно они смотрят на мимо проходящих и надеются. А вдруг? И вроде бы ничего такого примечательного в той собаке не было, но внимание Марии Ивановны она всё же смогла привлечь. Было, знаете, одно очень странное обстоятельство. Дело в том, что эта собака отчаянно пыталась переползти через тротуар. Да-да, вы правильно поняли: не перейти, не перебежать и даже не

Зима в тот год выдалась лютая. Морозы под сорок стояли больше месяца, сугробы намело по крыши, и даже волки не выходили из леса — слишком холодно. Деревня Заозёрье, затерянная среди лесов и полей, спала глубоким зимним сном. Только редкие дымки из печных труб напоминали, что здесь ещё живут люди. В доме на краю деревни жила Динка. Обычная дворняга, с умными карими глазами. Подобрали её когда-то на трассе щенком, выходили, выкормили. Она отплатила — сторожила дом, помогала по хозяйству, а к детям хозяев — Илье и его жене Анне — относилась так нежно, будто они были её собственными щенками. В ту ночь Илья проснулся от странного звука. Кто-то скрёбся в дверь и жалобно скулил. Он глянул на часы — половина четвёртого утра. Надел валенки, накинул тулуп и вышел в сени. Динка сидела у порога, вся в снегу, тяжело дышала. А рядом с ней, прижавшись к её боку, копошились три маленьких серых комочка. Илья наклонился, пригляделся. Котята. Совсем крошечные, с закрытыми глазками, они пищали тоненьк