Сергей Чужиков

Март 1942 года. Оккупированная Польша. Лагерь для советских военнопленных — место, где человеческая жизнь стоила меньше пайка эрзац-хлеба. Среди тысяч изможденных лиц, серых от голода и тифа, немецкий офицер выискивал особенных людей. Его взгляд остановился на анкете одного из заключенных. Биография этого человека была похожа на приключенческий роман: бывший беспризорник, главарь банды, чудом избежавший расстрела в СССР. Офицер Абвера решил: этот — идеальный материал. Он должен ненавидеть Советскую власть. Он готов предать. Немцы и подумать не могли, что, вербуя этого доходягу, они подписывают приговор своим собственным дивизиям под Сталинградом. Они не знали, что перед ними не бывший уголовник, а гениальный актер и ученик великого педагога Макаренко. Человек, который сыграет свою лучшую роль в смертельной игре двух разведок. «Педагогическая поэма» с револьвером Чтобы понять, откуда у этого человека стальные нервы, нужно отмотать пленку назад, в 1920-е годы. Семен Калабалин родился

В алтайском селе Озерки, где летом тайга дышит смолой, а зимой снег заметает избы по самые крыши, в простой русской семье родился Василий Григин. Парень был тихий, честный до наивности - не пил, не сквернословил, работал от зари до зари. Односельчане вспоминали: если Вася слово дал, то хоть кол на голове теши. В сороковом его призвали в армию, зачислили в кавалерийский полк разведчиком. Попал в часть Западного фронта - и сразу на войну. Там, в грохоте снарядов и криках "за Родину!", тихий сибиряк переродился. Храбрость его была не просто смелостью - это было безрассудство, граничащее с безумием. Добровольцев в тыл врага с ним ходить почти не находилось: все знали, что смерть за Григиным ходит по пятам. Но она обходила его стороной. Гибли десятки опытных, осторожных разведчиков, а он возвращался. И не просто так - с "языками", с данными, что спасали жизни. Особо ярко Григин проявил себя в битве за Днепр. Советские войска уже закрепились на западном берегу, и отряд разведчиков отправил