Валентина Митрофанова

Есть собаки, которые “не любят” пылесос. Есть собаки, которые “не любят” шапки. Есть собаки, которые “не любят” людей в капюшоне, потому что капюшон — это, по их мнению, подозрительная анонимность. А есть собаки, которые “не любят” одного конкретного человека. Не всех подряд. Не “вообще чужих”. А вот эту — пожалуйста, без неё. И делают это не истерикой, а точной, холодной, очень взрослой реакцией: не подходят, не берут лакомство, не дают трогать себя, не ложатся рядом. Иногда ещё и встают между хозяином и человеком, будто говорят: “Вы, конечно, взрослые, но я тут единственный здравомыслящий”. И вот тогда начинается цирк. Потому что люди сразу делятся на два лагеря. Одни говорят: “Собака чувствует людей, у неё интуиция!” Другие говорят: “Да это просто ревность, он вас не хочет делить”. А собака в это время молча стоит и думает: “Господи, да вы хоть раз можете не усложнять?” Ко мне в клинику в тот день пришла женщина по имени Оксана. Лет сорок пять. Очень аккуратная, очень собранная. Из