Павел Исаев (7473 чертог Раса)

В последние годы мы видим странную картину. Русская православная церковь, которая называет себя хранительницей духовности и нравственности, тратит огромные усилия на борьбу с… неоязычниками. Создаются рабочие группы, звучат громкие заявления, патриарх лично предупреждает об угрозе. При этом приверженцев языческих культов в России — около 1–2% населения. Маргиналы. Люди, которых большинство даже не замечает в обычной жизни. А вот с чем церковь не борется — причём громко и системно (только эпизодически) — так это: Почему так происходит? И какому народу в итоге служит эта система? Чтобы понять суть конфликта, нужно начать издалека. Официальная версия, знакомая каждому со школы, звучит примерно так: «До крещения Руси наши предки были дикими, неграмотными, разрозненными племенами. Они жили в землянках, не знали письменности и поклонялись деревянным идолам. Только христианство даровало им культуру, государственность и свет веры». Очень удобная версия. Она оправдывает насильственное крещение.

6 мая в славянском календаре — один из самых светлых и тёплых дней года. Это День Даждьбога — великого бога Солнца, плодородия, справедливости и всех земных благ. В этот день наши предки особенно остро чувствовали, как окончательно побеждает весна, а солнце переходит в свою полную силу. Даждьбог (Дажьбог, Дажбог) — один из главных богов славянского пантеона. Его имя переводится как «Дающий Бог» или «Бог, дарующий благо». Он сын небесного кузнеца Сварога и брат Солнца-Ярилы. Даждьбог олицетворяет живительное солнечное тепло, которое даёт жизнь всему сущему. Славяне называли себя «даждьбожьими внуками» — это было гордое самоназвание. Они искренне верили, что находятся под прямой защитой и покровительством этого светлого бога. Даждьбог никогда не был грозным или карающим. Он — щедрый даритель, который приносит: Его символы — золотая колесница, запряжённая белыми огненными конями, солнечный диск, пчела и колос пшеницы. По древнему славянскому календарю 6 мая отмечали переход солнца из ве

«Мат — это не обесценивание, а сохранение экспрессивного слоя русского языка», — заметил как-то лингвист Валерий Мокиенко. Это высказывание точно отражает двойственную природу самого запретного пласта русской речи. Сегодня его публичное использование осуждается и преследуется по закону, но при этом он остается живой, мощной и неотъемлемой частью языкового организма. Его история — это не история заимствования или порчи нравов, а сложный путь трансформации: от сакрального ритуала до бытового ругательства. Один из самых устойчивых мифов о русском мате гласит, что его принесли на Русь ордынские завоеватели. Согласно этой легенде, до татаро-монгольского ига русский народ был чист и целомудрен в своих выражениях. Однако лингвистика и история эту версию полностью опровергают. Во-первых, у кочевых народов Золотой Орды не было традиции сквернословия в том виде, в каком она сложилась на Руси. Итальянский дипломат и путешественник Джованни Плано Карпини, посетивший Монгольскую империю в XIII веке

Славянский праздник Вербохлёст не имеет ничего общего с христианством. После крещения Руси, которое не было одноразовым актом, а растянулось на десять веков, вплоть до 1917 года, церковь пошла по пути адаптации, скрыв истинный смысл славянского торжества под покровом христианского праздника, посвящённого въезду Иисуса Христа в Иерусалим. Поскольку в Палестине, где происходили евангельские события, верба никогда не росла (там использовали пальмовые ветви), а пальмы не могут произрастать в климате Руси, церковь для удобства «подмены» оставила главный символ языческого праздника — веточки вербы. Так древний славянский праздник был органично вписан в новый религиозный контекст вместе с названием – вербное воскресенье. При этом важно отметить, что в Библии нет никакого божественного предписания освящать ни пальмовые, ни ивовые ветви. Этот обряд чисто для подмены понятий. Вы, конечно, скажете, а как же Вход Господень в Иерусалим. Конечно, эти события были, но величайшее неуважение к Иисусу п