Федор Михайлов

Холодный, как лезвие, ноябрьский ветер гудел в проводах над трассой Р-21 «Кола», вырезая из предрассветного мрака лишь тонкую ленту асфальта, уходящую в белую пустоту Карелии. За рулём своего многотонного «Скании» Алексей Громов чувствовал себя не водителем, а подводником, ведущим субмарину в ледяной бездне. Десять часов однообразного гула, десять часов борьбы со сном. Ещё пара часов — и он будет на заслуженной стоянке, где можно вытянуть ноги, выпить кипятку из термоса и забыться на три часа тяжёлого, как свинец, сна. Именно в этот момент, когда веки уже начинали слипаться, а сознание уплывало в предрассветные грёзы, на обочину перед ним выкатилось из темноты нечто. Не одно, а три тёмных, неуклюжих комка. Алексей, на автомате перенося ногу на торец, ещё не успел понять, что видит. «Лоси? Трое?» — мелькнула запоздалая мысль. Но лоси бегут. Эти — стояли. И средний комок был слишком велик. Фары «дальнего» выжгли из мрака картину, от которой кр..вь ударила в виски, а сон слетел как ру