Елена Грибовская

все главы здесь Степан впервые переступил порог хаты, где лежали дети — Настенька и Тихон. Его дети — как он думал.  Он вошел в светлицу, и сердце его сжалось от волнения. Он остановился, не решаясь шагнуть ближе, будто боялся нарушить что-то тонкое, хрупкое, что только что открывалось перед ним. Сердце словно остановилось, а потом забилось с такой силой, что казалось, может разорвать грудь. Он опустился на колени около кровати, глаза его следили за каждым движением малышей, он вглядывался в их лица, словно боялся упустить хоть одну черточку, и каждый миг казался чудом.  Степан медленно протянул руку к малышам, не решаясь тронуть их сразу. В груди разлилось благоговение, такое глубокое, что дыхание сбивалось.  Настенька — совсем маленькая и беззащитная — тихо кряхтела, а Тихон спал. Понимание того, что вот они — его сынишка и доченька, сводило его с ума. Он коснулся волосиков Настеньки, и слезы вдруг сами потекли по щекам. «Мои…», — шептал он про себя, хотя на самом деле еще не з

Клубочек у Дуни получился ладненьким, но небольшим, и она испугалась, что не сможет разглядеть его в траве. - А ты вели, чтобы не шибко быстро катился. - посоветовала бабушка-задворенка. - Пора тебе, Дуня-тонкопряха. У меня долго не гостят. - Спасибо вам... - Дуня осеклась, увидев подползающую к ногам серебристую змею. - Помощница моя. Проводит тебя через переход. Держись за ее хвост, да не упусти по дороге! А то застрянешь в междумирье, растворишься в тенях, сама тенью станешь... Как у себя окажешься - брось клубок на землю. Он тебя прямо к судьбе и приведет. - Спасибо! - Дуня взяла в руки змею. Скользковатая гладкая кожа приятно охладила израненные ладони. - Мне нужно не к судьбе. Мне нужно к развалинам. - Значит, точно к судьбе! - задворенка будто усмехнулась и забормотала быстро-быстро. - Помощь его прими. Не артачься. Одной тебе не сдюжить. После молоком с росой лицо ему обмой и дай выпить... - Чью помощь? - Дуня приостановилась в дверях, и бабка шикнула сердито: «Не стой на по