Дмитрий Квашнин

На дворе стояла стылая ноябрьская ночь. В небе одиноко светила жёлтая глазастая луна, и ей не было никакого дела, до женщины и маленькой девочки, одиноко идущих по тёмной просёлочной дороге. — Мам, а куда мы идём? — теребила Нюта мать за руку. — В Романовку, —коротко отвечала Таня. — А что мы там будем делать? — Жить. — Почему, — не унималась Нюта. — Потому что папы больше нет, а бабушка Лида, не хочет чтобы я жила в их доме. — Она что, прогнала нас? — Нет, тебя она не прогоняла, она просто не хочет чтобы я там жила. — А почему? — Не знаю доченька, — в который раз ответила Таня, а потом попросила, — Анют, помолчи хоть немного, хорошо. — Хорошо, — ответила Нюта. Молчание повисло в промозглом воздухе, нарушаемое лишь хрустом первого ледка под ногами на застывших лужах, да заунывным воем ветра в голых ветвях деревьев. Таня чувствовала, как маленькая ручка Нюты дрожит в её ладони. Холодно было не только от ноябрьского ветра, но и от страха перед неизвестностью. Впереди показались тусклые